Есть чудесное высказывание сэра Артура Конан Дойла: «Отдельный человек — неразрешимая загадка, но как часть массы он превращается в математическую достоверность. Так утверждает статистика». Рискуя подвергнуться критике за попытку роботизации многомерной, неоднозначной, мятущейся души политика, попробуем подтвердить ту гипотезу, что и «отдельный человек», как объект политической реальности, может превратиться в «математическую достоверность».

Начнем с того, что всякий занятый политической деятельностью человек борется за реализацию какого-то определенного общественного проекта, даже за воплощение в жизнь определенной метафизики. По причине этого и колеблются струны его души, создавая вполне гармонический ряд. Колебания упомянутых струн суть проявление политической воли. Как говорил один из самых выдающихся интеллектуалов своего времени Анатолий Луначарский, «воля правильно, действенно выражает человека, когда она сливается с его натурой». Вот и методология. Остальное дело техники.

Недавно мы разбирали статистику по освещению в зарубежных СМИ российской культуры. Обращение же сегодня к личности Луначарского стимулировало изучить соответствующие цифры по российским министрам культуры. Это тем более интересно, что буквально вчера появился весьма значимый материал «Владимир Мединский: такие фильмы не должны выходить в кинопрокат«, где действующий министр культуры комментирует отзыв прокатной заявки теперь уже скандального фильма «№44». Я без малейших сомнений готов рассматривать эту публицистическую статью как политический манифест по вопросам идеологии и культуры России на теперь уже всем очевидном новом этапе ее исторического развития. Знаю не понаслышке, что многие (если не все) из моих коллег выдохнули «Наконец-то!». Но эмоции нам чужды. Как говорится: «Ничего личного, это просто статистика».

Александр Алексеевич Авдеев, министр культуры в 2008-2012 гг., более известен как дипломат в военно-политической области, один из отцов успешной операции по переброске российских десантников из Боснии и Герцеговины в Союзную республику Югославия, на Приштинский аэродром «Слатина» в июне 1999 г.

Кадровый дипломат высокого ранга, он много усилий приложил для разработки той концепции международной политики России, которая сегодня претворяется в жизнь. По профессиональной привычке, возглавляя Минкульт, он публичностью не отличался, избегая скандалов с весьма непростым сообществом творческих работников. Ну и те на него иностранным журналистам не жаловались. Мы нашли всего 18 материалов, где он был упомянут. При этом индекс агрессивности информационной среды по отношению к Александру Авдееву оказался весьма низким, всего 0,4. Зато индекс доброжелательности весьма высок — 1,1.

Владимир Ростиславович Мединский, нынешний министр культуры, на должность пришел «из политики», где его путь был извилист. Но у кого он в политике прям? И Министерство культуры РФ, и новый министр стали активно играть на медийном поле. Всего за два года число публикаций с тегом «Мединский» перевалило за две сотни.

Отстаивать позиции государства в спорах с деятелями культуры Владимир Ростиславович не боялся. За что иностранные журналисты регулярно устраивали ему «праздники негатива»: ИА составляет 2,3. Но для Мединского его индекс — это его позиция, его политическая воля. Как там у Некрасова:

Его преследуют хулы:

Он ловит звуки одобренья

Не в сладком ропоте хвалы,

А в диких криках озлобленья

Информационная активность: передача на нейтрале

Информационная обстановка за рассматриваемый период сохранилась на относительно безопасном уровне. Активность зарубежных СМИ за период c 6 по 12 апреля 2015 года по сравнению с предыдущим анализируемым периодом (c 30 марта по 5 апреля 2015 года) выросла на 10,1 % (1204 материала против 1082). Рост в основном из-за участия России в событиях в Йемене. Но индекс агрессивности чуть вырос — с 1,0 до 1,1. Все равно это небывало низкий показатель.

Отметим два момента. Совершенно перекрасилась в нейтральные цвета Германия. Ее ИА сегодня равен 0,65. Сюда же скатилась и Франция: ИА равен 0,9. А вы говорите «нормандская четверка» пустой звук. Весь негатив генерируют англосаксы и запутавшаяся в «линиях Керзона» Польша.

Второй момент связан с тем, что в информационном потоке стали более заметны материалы про Россию вообще, а не про российскую власть. Ну, например: «Россия — весьма интересный друг» ABC, 12.04.2015, Испания. Или: «Русский балет — удовольствие для южноафриканских зрителей» The Independent on Saturday, 11.04.2015, ЮАР; «Китайская мечта» и «Русский мир» против однополярного западного порядка». Le Monde, 12.04.2015, Франция.

Англосаксы, впрочем, гнут свою линию на то, что в России скоро все переменится в их пользу: «В России растет гул недовольства: протестующих всё больше». The Financial Times, 09.04.2015, Великобритания; «Активисты ЛГБТ рассказывают о виктимизации, репрессиях и… надежде» The Guardian, 07.04.2015, Великобритания. Карикатурная гримаса судьбы скорчилась в «деле Литвиненко». Оказывается, «Саша убил себя по неосторожности, (внимание!) взаимодействуя с полонием» (!!!). А как же «мстительный Путин?»

Индекс агрессивности: черту кочерга

На фоне стандартных страшилок зарубежной прессы (разбор которых бесполезен, ибо ничего нового не говорится) негативный аналитический контент, публикуемый прессой Украины, сегодня вдруг стал отличаться известной добротностью.

Украинские мастера пропаганды, как представляется, хорошо понимают, где спрятана игла, от которой зависит смерть киевских национал-кощеев. И здесь игра пошла, что называется, в кость. Можно еще раз формально декларировать запрет коммунистической символики и снести еще несколько памятников Ленину, коих в «незалежной» осталось на сегодняшний день где-то 1700 штук (снесено, правда, уже несколько сотен).

Но как быть с тем, что в историческом плане уже очевидно, что советский (красный) проект в украинском контексте начисто, с разгромным счетом переиграл радикально националистический. За 25 лет не то что Днепрогэса не построено, приличной книжки не написано. Отсюда смертельная боязнь того, что красное в России может переплестись с православным и навалиться на весы истории.

Лексика и аргументация впечатляют. Вот выдержки из статьи «Зачем патриарху Кириллу нужен Зюганов» (Деловая столица, 10.04.2015, Украина): «Московская патриархия и с ней вся РПЦ в очередной раз «подала сигнал» о готовности сотрудничать за определенные преференции. Московский патриарх совершенно откровенно помогает Кремлю в создании гражданской религии, которая объединила бы (в идеале — создала бы) «Великую Россию». При условии, что эта искусственная религия будет нанесена на матрицу русского православия.

Любители статистики постоянно ловят патриарха Кирилла на том, что в своих речах он очень часто употребляет такие слова, как «Святая Русь», «историческая Русь», «Россия», «единство», «народ», «великая история» и т. п., и почти не упоминает Христа или Евангелие. Эти словесные подмены — часть игры, результатом которой должна стать религия Великой Руси. Во всяком случае, некоторые признаки становления этой истории налицо».

Пусть говорят, что хотят, но только «любителей статистики» притягивать за уши не надо. Дайте лучше статистику по частоте встречаемости конкретных слов в текстах. Тогда и посмотрим. А пока, как написала французская Le Monde, «История советского периода остается „полем сражений» на Украине».

Наш выбор: Крах Украины — не выбор Путина

О том, что происходит в политической жизни Украины, рассказал Фред Уэйр (Fred Weir), московский корреспондент газеты Christian Science Monitor (13.4). «Киев принял новые законы, запрещающие коммунистическую символику и чествующие украинских националистов, которые были связаны с нацистами и занимались этническими чистками в годы Второй мировой войны. Эксперты заявляют, что время для этого выбрано крайне неудачно», — указал он.

«Люди разочарованы результатами революции, и кое-кто начинает впадать в отчаяние, — говорит президент независимого Центра европейских и трансатлантических исследований из Киева Алексей Коломиец. — Эти законы означают полный разрыв с советским прошлым. Нам надо было сделать это уже давно». Но другие эксперты утверждают, что такие попытки узаконить решение давних исторических споров в момент, когда на Украине идет гражданская война, являются грубыми, неуклюжими и исключительно несвоевременными, — написал Уэйр (надо отметить — один из немногих американских авторов, употребляющих словосочетание «гражданская война» применительно к Украине).

Он также предоставил слово Ирине Верещук, работавшей мэром на западе Украины и учредившей организацию DOBRO team, которая борется за реформы гражданского общества. «Наши лидеры как будто хотят продолжать эту войну и углублять противоречия в стране, — говорит она. — Нельзя винить в этом Путина. Мы делаем это сами».

Эта подборка цитат из американской прессы вряд ли нуждается в расширенных комментариях. Украинская проамериканская элита, конечно, поощряется высокопоставленными чиновниками США, но делает все сама!