Участники форума выразили сожаление «некоторыми трениями» во взглядах польской стороны. Так, Варшава отказалась проводить перекрестный год с Россией. Однако, как утверждает пресс-секретарь российско-польского центра диалога и согласия Валерий Мастеров, межгосударственные коммуникации не прервутся, а пойдут по другим, менее официальным каналам.

«Трудности есть. Многое связано с различным отношением к тому, что происходит на востоке Украины. Отношения с Польским центром первое время удавалось поддерживать, но сейчас контакты обрублены с польской стороны», – разводит руками он. Тем не менее, говорит Мастеров, не все польские эксперты отворачиваются от диалога. «Мы ищем польских комментаторов и авторов, которые придерживаться объективности. Нас поддержали в России, и мы не отказались ни от одного из мероприятий. Парадоксально, но сложившиеся противоречия послужили развитию и расширению нашей деятельности».

Одним из факторов раскола отношения между Москвой и Варшавой политический обозреватель Станислав Стремидловский называет Украину. Эксперт также поделился с коллегами мыслями о новоизбранном президенте. По его словам, Дуде предстоит столкнуться с проблемой буферного государства. И здесь неизбежно придется оглядываться на опыт Украины. «Сейчас на российско-польской границе что происходит? Ничего не происходит. По статистике, в приграничных с Россией воеводствах минимум молодых поляков хочет уехать заграницу. А на Украине?», — отметил Стремидловский.

Эксперт фонда «Историческая перспектива» Павел Святенков в свою очередь подчеркнул, что ситуация, когда Польша продолжает обвинять Россию в геополитических притязаниях, абсурдна. «У Польши геополитическая концепция взаимодействия с Россией есть, а у России в отношении Польши — нет. У современной России есть не столько внешнеполитическая, сколько внутренняя проблема, — считает Святенков. — У России вообще нет серьезных геополитических концепций. В 90-е годы решили принять западные ценности. Те концепции, которые мы пытаемся прилагать к соседним государствам, воспринимаются как архаика или агрессия. Даже такие понятия как «Евразийство» и «Русский мир» размыты, недостаточно проработаны».

О недостатке понимания говорили и представители научных кругов. Профессор МГУ Михаил Дмитриев посетовал на то, как слабо соотносятся реальная историческая фактология и то, что находит отражение в обобщающих работах и геополитических концепциях.

«Много ложных стереотипов. Хуже всего то, как воспринимается связь исторических традиций и современность. Я вижу, к каким чудовищным ошибкам это приводит – и с российской, и с польской сторон многие трения продиктованы не злой волей, а устоявшимися схемами». Культурное непонимание, по мнению Дмитриева, идет оно не только на бытовом уровне, но и в СМИ.

Владимир Карпухин