По его словам, в ряды Джабхи на джихад прибыло 30% иностранных граждан, в том числе, из России и бывших советских республик. (По разным сведениям, в отрядах ИГИЛ состоит от 50% до 80% иностранцев, включая большое количество россиян и представителей Центральной Азии, которых прельстила идея джихада).

«ИГИЛ считает нас вероотступниками и неверными (кяфирами), а мы считаем их хариджитами, то есть теми, кто объявляет мусульман неверными за их прегрешения. Они должны покаяться за те преступления, которые они творят, апеллируя к шариату. Они убили более 700 наших бойцов, недавно они убили нашего амира Идлиба, вырезали его семью, не пощадив детей и женщин. Игиловцы устраивают показные казни членов нашей организации с отрезанием головы и распятием на кресте. Мы считаем объявленный ими халифат незаконным, так как не соблюдены необходимые для этого условия», – сказал амир.

Что касается «Братьев-мусульман», те, по словам представителя сирийской Аль-Каиды, «сбились с пути Аллаха, когда стали баллотироваться в парламент».

Наблюдая за тем, как россияне и прочие джихадисты, отправившиеся в Сирию, в итоге оказываются в противоборствующих группировках, возникает вопрос: что это за джихад, если он разводит единоверцев по разным лагерям и заставляет убивать друг друга?

Как заявил IN муфтий Азиатской части России, сопредседатель Совета муфтиев России Нафигулла Аширов, о религиозном контексте в данном случае речи не идет вообще.

«Все, что сегодня происходит на Ближнем Востоке и вокруг него, носит чисто политический характер. Никакого отношения к какому-то религиозному противостоянию все это абсолютно не имеет. Да, действительно, некоторые люди хотят преподнести это как религиозный конфликт – в первую очередь, между шиитами и суннитами, между различными воинствующими группировками, которые стоят на различных идеологических платформах, но это не так. Это относится и к Северному Кавказу тоже. Конфликт носит чисто политический характер. То же самое было и в Афганистане: когда советские войска вышли, Гульбедин Хикматьяр, Ахмад Шах Масуд и другие превратили Афганистан в руины, нанеся урон более чем от самого советского вторжения. От этих клише, которые нам навязывают извне, нужно отходить – якобы там воюют сунниты против шиитов, шииты против суннитов и прочие. Общеизвестно, что во внутриафганском конфликте, который, в общем, и сейчас происходит, с обеих сторон воюют сунниты. Взять Ливию: там разве религиозный конфликт? Так же христиане между собой воевали. Гитлеровская Германия напала на СССР не из-за того, что они атеисты, а были политические, экономические и экспансионистские какие-то цели. Или Франция с Германией воевала. Поэтому пока мы не отойдем от навязанных нам клише, мы будем смотреть друг на друга через прицел», – отметил собеседник агентства.

При этом он напомнил: »Общеизвестно, что если мусульмане поднимают друг против друга оружие, и убивший, и убитый будут оба в аду – это мы точно знаем, это слова Пророка». «А раз люди поднимают оружие друг против друга, какие бы лозунги они при этом не произносили, этот конфликт не является религиозной войной, а носит сугубо политический, экономический и территориальный характер», – подытожил Аширов.

Глава Ассоциации культурно-просветительских общественных объединений “Собрание” Мухамед Саляхетдинов, со своей стороны, подчеркнул: «в первую очередь, эти люди – жертвы пропаганды».

«Многие из них не приучены к труду, игнорируют фундаментальное и системное образование, привыкли жить на авось. Яркий пример – работавший у меня Саид Бурятский. Мне всех их очень жаль, да помилует их Всевышний и наставит на праведный путь. Безусловно, хотелось бы видеть их образованными, трудолюбивыми и приносящими благо своим родным, близким и умме. Мне досадно, когда я получаю новость о том, что люди убивают друг друга, и досадно вдвойне, когда я узнаю, что убийство происходит от имени шариата», – подчеркнул аналитик.

В то же время, по словам ведущего научного сотрудника Российского института стратегических исследований, политолога Аждара Куртова, наблюдаемый в настоящее время на Ближнем Востоке процесс противостояния единоверцев вполне закономерен.

«Честно говоря, в этом нет ничего необычного. Аналогичные, по глубинному смыслу, события происходят и в других областях и сферах человеческой деятельности и в других организациях. Некоего единства мнений нет ни в образовании, ни в науке, ни в здравоохранении – если взять вопросы о том, как лечить какую-то болезнь или исследовать какой-то материал с точки зрения его химических или физических свойств. Нет единства мнений и в общественной жизни, которая еще сложнее, чем естественные науки. Нет единства в отношении доктринальных основ у христианства о том, как понимать природу божественной сущности, иначе бы христианство не дробилось на различные ответвления, не было бы разделения церквей. И попытки их унифицировать, которые проводились в первые века на Вселенских Соборах, ни к чему не привели», – напомнил эксперт.

То же самое, по словам Аждара Куртова, наблюдается и в исламе. «Именно отдельные трактовки развели ислам на ряд течений – крупных и не очень крупных. А в данном случае речь идет о том, что люди, которые придерживаются радикальных взглядов, тоже между собой не ладят. Не ладят не только в теории – чаще всего спор идет о том, кто из них более последовательно отстаивает какие-то радикальные трактовки исламского вероучения, но не ладят и по организационным, и по финансовым, и по прочим причинам. И, скорее всего, вторая является основной причиной разлада. А вот эти вот интерпретации джихада – это наносное. То есть они прикрываются утверждением о том, что только их трактовки единственно правильны, а на самом деле за этим стоит желание быть единственными и неповторимыми, и, соответственно, черпать ресурсы в виде финансов и людей, которые примыкают к этому. То есть цель – замкнуть на себя всю цепочку ради возможной выгоды», – подытожил аналитик.