Напомним, на прошлой неделе в сети появилась аудиозапись, в которой объявлялось о верности ИГ боевиков, входящих в подразделения «Имарата Кавказ» в Чечне, Ингушетии, Дагестане, Кабардино-Балкарии и Карачаево-Черкесии. В ряды «Исламского государства» подаются и многие салафитские проповедники из республик Северного Кавказа. В частности, в конце мая на верность ИГ присягнул Надир Медетов — проповедник «чистого ислама» из Дагестана, служивший имамом в салафитской мечети Махачкалы на улице Котрова. По информации спецслужб, в рядах ИГ сейчас, скорее всего, находится Исрапил Ахмеднабиев — самый известный после Багаудина Кебедовадагестанский проповедник салафизма, снискавший себе популярность под именем Абу Умара Саситлинского.

Некоторые эксперты полагают, что радушный прием, устроенный ИГИЛ-овцами своим кавказским собратьям, выльется в ужесточение действий «мухаджиров» — террористов из республик Северного Кавказа, поскольку им придется равняться на своих союзников.

Эксперт Российского института стратегических исследований Аждар Куртов, главный редактор журнала «Проблемы национальной стратегии» считает, что ситуация с приемом в ряды ИГ свежей силы из Северного Кавказа обстоит не совсем так, как это преподнесли в BBC. Свое видение ситуации эксперт высказал в комментарии для EADaily :

«Начнем с того, что британцы изложили ситуацию недостоверно. Случай, когда ИГ принимает в свои ряды боевиков с Кавказа, далеко не первый. Самый известный террорист ИГ Умар аль Шишани — выходец с Кавказа, грузинский чеченец, родившийся и выросший в Панкиси. В интернете есть ролик, где о жизни Шишани рассказывает его отец Темури Батирашвили. Этот факт показывает, что боевики ИГ радушно принимают в свои ряды кавказских джихадистов далеко не в первый раз. Британские журналисты, мягко говоря, приукрасили ситуацию.

На протяжении всего существования „Исламского государства“ к нему подтягиваются боевики из разных мест, в том числе с Северного Кавказа. Как правило, эти „серые гуси“ вступили на путь террора в девяностые годы, в том числе и во время чеченских кампаний. После стабилизации ситуации на Северном Кавказе эти боевики остались не у дел и ушли в подполье. Они обретались не только в „лесу“, но и в странах Европы, на положении беженцев или трудовых мигрантов.

Европейский Союз — это место сосредоточения обширных северокавказских диаспор, а в этих диаспорах скрывается немало боевиков джихадистского подполья. Когда появилось на свет „Исламское государство“, у этих „беженцев”-боевиков появилась возможность вспомнить былое и заработать деньги. ИГ обладает мощными финансовыми ресурсами. Деньги к террористам идут от контрабандной продажи нефти, исторических артефактов, которые террористы из ИГ присваивают себе во время грабежей музеев Ирака и Сирии, работорговли и спонсорских траншей от внешних покровителей. Как видим, руководители террористического квазигосударства имеют возможность платить боевикам щедрое жалование.

Но ИГ принимает в свои ряды боевиков с Кавказа не для того, чтобы те остались навсегда на Ближнем Востоке. Если просмотреть информацию спецслужб, то логика рассуждений у руководителей ИГ такая: пусть эти „серые гуси“ с Северного Кавказа повоюют у нас, но потом они должны вернуться на родину, чтобы устроить российским властям массу проблем. Но террористы из ИГ, похоже, не учли другого фактора: с момента появления террористического квазигосударства северокавказское бандподполье обезлюдело. Часть террористов была переловлена и перебита во время КТО российскими силовиками, а другая часть подалась в „Исламское государство“. В подполье почти никого не осталось“

Согласитесь, такое стечение дел — благоприятная возможность для российских спецслужб проредить бандитские джамааты, и даже полностью их ликвидировать. Если российские спецслужбы этим займутся, то где потом оседать вернувшимся на родину боевикам ИГ?».