Такое неожиданное решение было принято в ситуации, когда во многих регионах учителя и врачи не получают зарплату в течение последних двух-трех месяцев. Как отмечает Хроника Туркменистана, работники многих бюджетных учреждений и организаций опасаются, что значительную часть зарплаты им будут выдавать облигациями – государственными долговыми расписками.

Издание напоминает, что падение мировых цен на нефть и газ затронуло и Туркменистан, основным источником дохода которого является экспорт энергоносителей. В сентябре на нефтегазовых предприятиях республики прошли массовые сокращения работников, а в июле этого года президент Бердымухамедов уволил вице-премьера по экономике и финансам Аннамухаммета Гочиева – с формулировкой «за коренные недостатки в работе в условиях экономического кризиса».

На вопрос «Ферганы», насколько серьезно повлиял на туркменскую экономику кризис цен на энергоносители, если государство вынуждено делать займы у населения, отвечает главный редактор журнала «Проблемы национальной стратегии» Российского института стратегических исследований Аждар Куртов:

– Руководство Туркменистана позиционирует свою страну, как некий второй Кувейт, твердя о сказочных богатствах, находящихся в недрах этого государства. Но любой эксперт, который внимательно следил за ситуацией периода независимости Туркменистана, не может не отметить одно примечательное обстоятельство: неоднократно туркменское руководство принимало некие эпохальные программы развития своего энергетического сектора, который еще лет 15 тому назад должен был выйти на очень внушительные показатели добычи нефти и природного газа. Но на самом деле этого не произошло. Добыча нефти все последние 15 лет колеблется около отметки в 10 млн тонн – это не очень большая величина, хотя еще 10 лет назад программа предусматривала выйти на уровень 50 млн тонн добычи нефти.

С природным газом – основным богатством Туркменистана – дела обстоят тоже не лучшим образом. Да, добыча газа растет. Если сравнить с периодом 1993, 1994 или 1998 года, когда добыча составляла незначительные величины, то заметен определенный рост, но если за точку отсчета мы возьмем конец советского периода, то, когда добыча составляла свыше 80 млрд кубометров в год, то окажется, что Туркменистан за четверть века своей независимости не достиг показателей конца 1980-ых годов. И это при том, что у него открылись новые возможности экспортировать свой газ не только по трубопроводу Средняя Азия-Центр в Россию, но и в другие страны – Китай, Иран. То есть объемов добычи отнюдь не впечатляют, несмотря на заверения, что они могут экспортировать в год чуть ли не по 200-250 млрд кубометров природного газа.

Нужно иметь в виду еще одно обстоятельство – это то, что нынешняя ситуация не способствует серьезным доходам в госбюджет от продажи энергоносителей, потому что в условиях глобализации рынков энергоносителей цены на природный газ связаны с уровнем цен на сырую нефть, который сейчас очень низок. Поэтому природный газ Туркменистан не может продать на высокодоходные рынки Европы и других регионов по желаемой цене. Иными словами, доходы госбюджета Туркмении существенно сократились, даже если сравнивать с периодом, скажем, шестилетней давности. В этих условиях, когда доходы сокращаются, а руководство страны продолжает заявлять, что Туркменистан развивается поступательно, и население будет жить в «золотом веке», они вынуждены ради поддержания имиджа и недопущения роста социальной напряженности в обществе идти на не очень популярные меры, в частности для латания дыр в доходах госбюджета. Именно эта причина и вызвала необходимость выпускать какие-то финансовые обязательства, распространяемые среди населения Туркмении.

Конечно, это направление экономической политики власти могут объяснить теорией развития рыночных отношений – что от плановой экономики они переходят к тем инструментам, которыми пользуется большинство государств современного мира. Но на самом деле это лукавое объяснение. Основная причина, как я уже сказал, в том, что тривиально не хватает средств на текущие расходы государства, на осуществление госпрограмм, в том числе в сфере социальной политики, на финансирование обороноспособности страны, а эти средства сейчас очень нужны, поскольку все последние месяцы поступают сообщения о неспокойной обстановке на туркмено-афганской границе. В этом плане Туркменистан в своей политике повторяет судьбу тех государств, экономика которых базируется на монокультуре, то есть основной доход Туркменистан получает экспорта энергоносителей, прежде всего, природного газа. Если цены на этот продукт на мировом рынке резко упали, а восстановления цен до уровня, например, 10-летней давности в ближайшее время не предвидится, то Туркменистан вынужден искать дополнительные доходы. А поскольку их нет, так как экономика ориентирована на добычу одного природного ресурса, то выход власти находят в том, чтобы заставить население профинансировать эти выпадающие доходы госбюджета.