Психологически тяжелое, фрустрирующее любого нормального человека обсуждение деятельности журналистского коллектива французского юмористического таблоида “Шарли Абдо” приобретает новое и, будем говорить честно, шокирующее направление.

Чего мы носимся с этим “Шарли”? Дерево чахлое — карикатуры несмешные, примитивные; тираж на грани небытия; каких-то реальных, пусть и инфернальных, идей, за которые кто-то готов будет с жизнью расстаться, не выдвигается и не проповедуется, и т.д. Обычная постмодернистская субстанция, упакованная в западный целлофан.

Скажем откровенно: две чахлые карикатуры из “Шарли” про катастрофу российского самолета над Синаем при сравнительном анализе не вызывают сильных чувств. Каждый день появляется несколько штук гораздо круче, “креативнее”. Как вам такое: ликующие игиловцы карающим мечом разрубают наш самолет, из него хлещет кровь. Или: нож страшной гильотины в виде Владимира Путина отрубает голову связанному мирному человечку, на котором надпись: “Сирия”. Есть и немало совершенно похабных. Сочиняют их совсем не “мусульманские экстремисты”; Коран, как известно, запрещает изображения людей. Рисуют весь этот далеко не безобидный мусор вполне конкретные художники с европейскими фамилиями из европейских стран. Кстати, для европейских СМИ.

В чем здесь будет наша вера и опора? Наверное, в правоту Михаила Лермонтова: “Но есть и божий суд, наперсники разврата! Есть грозный суд: он ждет…”. И еще. Нам пора заменить “Я не “Шарли” на твердое и осознанное: “Мы не “Шарли”. Это как минимум…

Информационная активность:…как швейцарские часы

Прошедшая неделя для имиджа России откровенно не задалась. В непростительно пошлые обвинения российской власти в том, что наши государственные начальники договорились с руководством Египта о приоритете вывоза из страны русских туристов перед английскими, скатились СМИ Великобритании. Набирает обороты невиданный по жесткости обвинений России допинговый скандал. Есть еще несколько неприятных моментов.

На интенсивности информационного потока в зарубежных медиа, связанного с российскими делами, все это существенного влияния, однако, не оказало. Активность зарубежных СМИ за период с 2 по 8 ноября 2015 года по сравнению с предыдущим анализируемым периодом (c 26 октября по 1 ноября 2015 года) упала на 3,5% (1540 материалов против 1596).

Негативизация нашей страны, тем не менее, оказалась все-таки ниже ожидаемой. Совокупный индекс агрессивности составил ровно 1,0, поднявшись с отметки 0,72. Рост, разумеется, заметный, но “единичка” для ИА не такое уж и страшное число: негативные и нейтральные материалы собрались в равной пропорции.

По упомянутым выше причинам на первое место по числу публикаций сегодня вышла Великобритания, но каких-то радикальных изменений в группе лидеров не наблюдается. Практически постоянно близко к медийным грандам мира находятся влиятельнейшие СМИ, прописанные в Швейцарии и Австрии.

Контент швейцарских газет безупречен (не будем говорить о тональностях, к современной России там никто особого пиетета не питает, хотя интерес большой): “Авиакатастрофа в Египте: Наиболее значительный инцидент со времён 11 сентября” (SonntagsZeitung, 08.11.2015); “С бешеной скоростью к волкам и медведям; Репортаж из Карелии” (SonntagsZeitung, 08.11.2015); “Москва не хочет злить Египет: Кремль предпочитает не говорить о теракте” (NZZ am Sonntag, 08.11.2015); “Место встречи — Парк Горького; Репортаж о туристической Москве” (Tagblatt/St.Galler Tagblatt, 08.11.2015); “Россия на Ближнем Востоке и Средиземноморье: от Екатерины Великой до Владимира Путина” (Le Temps, 07.11.2015); “Москва прекращает авиасообщение с Египтом. По примеру Великобритании” (24 Heures, 07.11.2015); “Виктор Вексельберг застрял в советском мышлении” (Finanz und Wirtschaft, 07.11.2015); “Авиакатастрофа в Египте может оказаться циничной и зловещей PR-акцией ИГ” (Basler Zeitung, 07.11.2015); “Украинский политик Николай Левченко: “Нашей моделью должна быть Швейцария” (Die Weltwoche, 05.11.2015).

Вена, увы, не гнушается притянутой за уши политической гривуазностью, замешанной на банальной пропаганде: “Запад снова влюбился в деспотов” (Die Presse, 08.11.2015) (это, кстати, про Владимира Путина, кто не понял); “Беспомощная сверхдержава: Неудачное советское вторжение в Афганистан” (Die Presse, 08.11.2015); “Его постоянно сопровождал скепсис; Записки Йозефа Рота о путешествиях по России и Украине начала XX века” (Der Standard, 07.11.2015); “В Шарм-эш-Шейхе царят хаос и страх перед терактами” (Der Standard, 07.11.2015); “Карта российской интервенции в Сирии” (Die Presse, 07.11.2015); “Россиянин Игорь Кузнецов открыл в Вене японскую лапшичную” (Der Standard, 06.11.2015); “Красный сигнал светофора: Спад на российском автомобильном рынке” (Die Presse, 03.11.2015).

Давно мы не заглядывали в Латинскую Америку. Наш партнер по БРИКС Бразилия сегодня полностью погружена во внутренние проблемы, но что-то про Россию, помимо авиакатастрофы, тамошние СМИ должны писать. Давайте посмотрим: “Путин примет участие в конференции по вопросам климата” (Zero Hora, 08.11.2015); “США вырабатывают план противостояния российской агрессии” (Zero Hora, 07.11.2015); “С начала российских авиаударов 120 000 сирийцев были вынуждены переехать в другие районы страны” (Correio da Manha, 04.11.2015); “Как Россия бомбит Сирию” (O Estado de Sao Paulo, 02.11.2015); “ЦБ РФ сохранил ключевую ставку на уровне 11%” (Jornal do Commercio (Бразилия), 02.11.2015).

Индекс агрессивности: французский декаданс

Анализируя динамику индексов агрессивности по странам, лишний раз убеждаешься, что долго солнечная информационная погода в нынешней политической осени не держится. Почти все ведущие страны весомо увеличила свои ИА по отношению к России.

Откровенно расстроила Франция. Эта страна длительное время держалась на приличной дружественной позиции, но сегодня ее индекс подскочил с 0,6 сразу до 1,4. Великобритания сохранила уровень нагнетания негатива: индекс агрессивности был 1,4, стал 1,6. Немцы стали лидерами по негативу среди грандов: ИА вырос с 0,7 до 1,7. В прошлый раз мы рекламировали наличие устойчивых положительных тенденций в СМИ этой страны по отношению к России. Выходит, ошиблись. Но — подождем еще неделю. Германия очень болезненно отреагировала на допинговый скандал, а такие неприятные сенсации долго в медийном топе не держатся.

А вот США порицать сегодня особо не за что. В прошлый раз мы огорчались, что там ИА вырос с 0,45 до 0,90. Зато сегодня он опять упал почти до минимальной отметки и составил 0,5. Напомним, что это означает. Американские журналисты на две нейтральные статьи выдают всего одну негативную. Но и позитива от американских “акул пера” не дождешься. Есть всего одна публикация такой тональности, да и та про балет, да и та про наш балет в Лондоне: “Танцевальная “Дрим тим”: Осипова и Полунин” (The New York Times, 06.11.2015).

Есть такое неуловимое понятие “добротность контента”. В каких-то случаях им пользуются для определения “желтизны” или “качественности” издания. Но можно его применить и к системе СМИ той или иной страны на определенных периодах времени. Мы упоминали неприятность с Францией. Посмотрим на результаты работы национальных медиа под указанным углом зрения.
Вот что имеем: “Колоссальное секретное состояние Путина” (Sud Ouest, 08.11.2015); “Россия больше не “Шарли” (FranceTVinfo, 08.11.2015) (французские журналисты сожалеют и не одобряют этот четко артикулированный выбор россиян); “Путин: обожаемый и ненавистный” (Sud Ouest, 08.11.2015); “Авиакатастрофа в Египте: как русские бросили президента Сиси” (Le Journal du Dimanche, 08.11.2015); “Катастрофа российского “Аэробуса” над Синаем: крах российской медиамашины” (Radio France Internationale (RFI), 07.11.2015); “Катастрофа над Синаем: Москва резко критикует карикатуры “Шарли Эбдо” (Le Point, 07.11.2015); “Галерея Гельмана под угрозой закрытия” (Le Monde, 07.11.2015); “Как Кремль превращает катастрофу над Синаем в политический успех” (Le Figaro, 07.11.2015); “Одесский бульдозер: Михаил Саакашвили” (Le Monde, 06.11.2015); “Путин — самый могущественный человек на Земле? Забавно!” (L`Obs, 06.11.2015); “Как русские националисты впали в немилость” (Le Figaro, 05.11.2015); “ГУЛАГ; Фильм о лагерях” (France 2, 03.11.2015); “Сталинский апокалипсис” (France Info, 02.11.2015). Сознаемся, приступив к выборке, даже не ожидали, что все получится так контрастно.

Давайте сравним эту подборку с тем, что окрашено в негативную тональность у американцев. Без комментариев. Итак: “Россия скорбит по жертвам авиакатастрофы в Египте” (The Wall Street Journal, 02.11.2015); “Министр обороны критикует Россию” (Los Angeles Times, 08.11.2015); “Смотрите: ИГ празднует катастрофу российского самолета бесплатной раздачей конфет” (The Washington Post, 06.11.2015); “Биография Путина предвещает жесткий ответ в случае, если окажется, что самолет стал жертвой теракта” (The Wall Street Journal, 06.11.2015); “Вечные войны Путина” (International New York Times, 03.11.2015); “Библиотекаря обвинили в предоставлении доступа к запрещенным украинским книгам” (The New York Times, 03.11.2015); “Почему Сирия — не Вьетнам Обамы” (The Wall Street Journal, 03.11.2015).

Наш выбор: небольшое польское просветление

Можно не верить своим глазам, но вот вполне, на наш взгляд, адекватные оценки польских журналистов состояния дел в нашем обществе, приуроченные к празднованию Дня народного единства. Увы, это только фрагменты из негативных статей.

“В отличие от операции в Донбассе, россияне не скрывают присутствия своих войск в Сирии, что позволяет продемонстрировать российскую военную мощь, а одновременно улучшить имидж российской армии, которая, согласно данным социологических опросов, занимает сейчас второе место среди государственных институтов, вызывающих у россиян наибольшее доверие”. Это в статье эксперта Польского института международных отношений Юстыны Прус (Justyna Prus), которую публикует портал Biznes Alert (03.11).

“Гордость за армию, ощущение собственного превосходства над Западом стали для российского общества гораздо более крепким связующим материалом, чем призывы к расправам над иммигрантами, — делится своими наблюдениями корреспондент Gazeta Wyborcza (04.11), следивший за тем, как проходил в Москве День народного единства. — В первые годы после своего появления новый праздник “присвоили” себе националисты, которые проводили марши под лозунгами борьбы с мигрантами, однако на волне вызванного присоединением Крыма патриотического энтузиазма Кремлю удалось отобрать у них эту дату. Россияне до сих пор не совсем понимают, что именно они празднуют, зачастую оказываются на официальных митингах не по собственному желанию, а по указанию сверху, но чувствуют, что в этот день следует сплотиться вокруг национального лидера и армии”, — делает вывод побеседовавший с москвичами журналист.