Джихадизм набирает популярность в арабском мире, а его адепты вбирают в себя знания предыдущих террористических организаций

Что стало причиной теракта во Франции, куда ведет след их исполнителей и насколько опасно для западной цивилизации «Исламское государство», «МК» узнал у Артура АТАЕВА, заведующего сектором кавказских исследований РИСИ:

– Атака на Париж стала в равной мере нападением на США, Германию и другие страны западного мира. Может быть, это прозвучит жестоко, но в конечном итоге, все случившееся – это расплата за политику двойных стандартов. Можно вспомнить, как «весь цивилизованный мир» реагировал на то, как Россия боролась с джихадистами во время чеченских войн. Многие западные СМИ и ведущие политики буквально оправдывали даже таких отмороженных террористов, как Доку Умаров. Маргарет Тэтчер встречалась с Асланом Масхадовым. Некоторые даже Талибан предлагали признать официальной структурой, с которой нужно вести переговоры.

При этом меня беспокоит, что произошла синхронная террористическая атака наПариж. Этот метод был апробирован в Москве в 2010 году, когда на станции метро Парк Культуры и Лубянка одновременно были взорваны бомбы. То есть тактику террористической войны «Исламское государство» (запрещено вРоссии) перенимает у «Имарата Кавказ» (запрещен в России). При этом нужно отметить, что официальные лица таких государств, как Саудовская Аравия, Катар, Бахрейн, Кувейт и ОАЭ стараются воздерживаться и не осуждать террористов. Это происходит, потому что в довольно существенной части арабского мира эти террористические акты находят поддержку и понимание. Это дает основание полагать, что со временем их станет больше.

– Насколько это большой успех для ИГ?

– Таких победоносных речей джихадисты не выдавали уже давно, в том числе в русскоязычных социальных сетях. После того как ВКС России стали осуществлять серьезные удары по террористам в Сирии, они сильно сникли, и их пропаганда о военных успехах уже не выглядела такой убедительной. Но этот теракт все компенсировал.

– Должна ли Франция как-то изменить свою политику в отношении беженцев или принять какие-то другие решения, чтобы обезопасить себя от повторения трагедии?

– Пятая республика состоялась как государство, основанное на примате прав и свобод человека и гражданина. В этой системе очень трудно принимать какие-то репрессивные меры долгосрочного характера. При этом современная Франция слишком разношерстна, в том числе среди так называемой новой волны мусульман довольно сильно джихадистские настроения. Ситуация усугубляется огромным потоком мигрантов, и террористы не скрывают, что среди беженцев есть их адепты. Но французское законодательство не способно работать в превентивном порядке против усиления позиций джихадистов. Единственное, что сейчас может сделать Париж, это активнее включить в международную коалицию по борьбе с ИГ, как это предложил сделать президент РоссииВладимир Путин.

– Может ли так получиться, что французское общество в результате терактов станет настроено против мусульман?

– Очевидно, Мари Ле Пен усилит свои позиции благодаря терактам. В то же время французские мусульманские организации выступили с жестким осуждением терактов. Французскую уму можно разделить на несколько уровней. В частности, она состоит из новой и старой диаспоры. В старую входят в основном алжирцы – они патриоты Франции… Среди новой такие взгляды разделяют не все. Тем не менее, мы можем вспомнить опыт США. После 11 сентября многие говорили, что мусульман выдворят за пределы Америки, но в итоге лишь в ряде штатов люди почувствовали преследование по религиозному признаку, а потом все успокоилось.

– На ваш взгляд, как сейчас должна действовать антиигиловская коалиция?

– Когда США начали антиигиловскую компанию, первое, что завил Вашингтон, что удары будут наноситься по инфраструктуре террористов. То есть, по логике, они должны были бомбить нефтеносные промыслы. Но этот бизнес у террористов процветает. Поэтому союзники США по коалиции не понимают, зачем оставаться в этом статусе. Канада, Австралия и ОАЭ уже вышли из нее. Великобритания пересматривает свое отношение. Кроме того у каждого участника коалиции свои цели и образ ИГ получился сильно размытым. Например, Турция фактически воюет не с ИГ, а с курдами, которые являются одними из самых последовательных противников джихадистов. ИГ пользуется этой неразберихой, лавирует между участниками коалиции и извлекает из этого выгоду для себя. Только действительно объединившись, можно победить.

Артур Аваков