Представители двух ливийских правительств готовы объединиться. Об этом на конференции по урегулированию ситуации в стране заявил госсекретарь США Джон Керри. По его словам, западные страны выразили готовность оказывать новой ливийской власти экономическую и политическую поддержку. Подписание соглашения намечено на 16 декабря. Советник директора Российского института стратегических исследований Елена Супонина ответила на вопросы ведущего «Коммерсантъ FM» Алексея Корнеева.

— Что это такое — два ливийских правительства объединяются, подписывают некоторое соглашение, это вообще важно, это что значит?

— Это было бы важно, если бы они действительно объединились. Но у меня есть очень большие сомнения на этот счет, потому что разногласия велики и преодолевают они их с большим трудом, скорее всего, это будет соглашение на время, после которого стороны вновь разругаются друг с другом. Почему этот вопрос важен? Потому что Ливия после того, как страны НАТО провели там военную операцию в 2011 году, до сих пор является, не побоюсь этого слова, несостоявшимся государством, это государство, которое едва-едва удерживается в своих нынешних границах. Там как минимум два правительства, там как минимум два региона — восток и запад. Но она может расколоться и по другим географическим линиям. Например, юг тоже относительно автономен в каких-то вопросах. Причем это, как вы знаете, не единственная страна Ближнего Востока и Северной Африки, которая после иностранного вмешательства оказалась на грани распада. В такой же ситуации в Персидском заливе находится Ирак, и Сирия, где сейчас продолжается внутренний гражданский конфликт, тоже может оказаться в числе тех государств, которые могут в результате развалиться.

— Да. Просто Ливия в последнее время, последний, может быть, год на периферии новостной ленты, оттуда не очень много новостей. Сирия, другие страны этого региона затмили новостной поток, поэтому не очень активно следим, что же там на самом деле происходит. Как вы думаете, возможно вообще урегулирование кризиса в Ливии без какой-то сторонней помощи?

— В Ливии происходят очень опасные вещи. И напрасно мы не всегда говорим об этом, хотя я понимаю, что ситуация в Сирии еще более опасная. Приведу только один пример. Те террористы, которые взяли на себя ответственность за сбитый пассажирский чартер в небе над Синаем. Они по некоторым данным поддерживают связи с радикальными и близкими к «Аль-Каиде» группировками в Ливии. Там чуть ли не штаб-квартира этих группировок находится. Из Ливии очень много едет боевиков воевать в Сирию и Ирак. То есть, Ливия — это такой поставщик террористов, горнило многих террористических движений.

А насчет объединения правительства: хотя сейчас Джон Керри и заявляет, что они вроде готовы сыграть ведущую роль в этом пусть и паллиативном, но каком-то подобии объединения, я с этим бы не согласилась потому что знаю очень хорошо, что основную роль здесь сыграла Организация Объединенных Наций. Именно эта организация пытается объединить Ливию в лице специальных представителей генсека ООН. Почему говорю «в лице специальных представителей» — потому что они часто меняются, каждый сидит там по году, по два, потом происходит смена. До этого был сначала ливанец, потом испанец, сейчас немец, — они очень-очень активно работают, но, к сожалению, у них не все получается. Ливия — это страна, которая продолжает оставаться на грани распада.

— Вы говорите о Ливии как еще о стране рассаднике терроризма, возможна ли там какая-то военная операция, будь-то силами коалиции либо какой-нибудь другой коалиции, другими странами, то есть некая такая военная интервенция?

— Казалось бы, пусть себе там Ливия прозябает в бедности, в нестабильности, и пусть там будет кузница террористических кадров, но не тут-то было. Мы уже прекрасно поняли, что эти террористы потом разъезжаются по всему миру и угрожают в том числе Европе, парижские теракты тому пример. Но это еще и другие угрозы, например, мощнейший поток беженцев, который смывает собой все основы безопасности того же Европейского союза, и хотя основной поток беженцев идет сейчас из Сирии, очень многие перебираются и из Африки.

А в отношении беженцев из Африки форпостом всегда была Ливия при Каддафи, выехать из Ливии и дальше через Средиземноморье попасть в Европу было не так просто, стояли препоны, был какой-то контроль, и службы безопасности, пограничные службы Ливии это дело контролировали. А теперь европейцы кусают локти, оказалось, что они сами своими руками разрушили этот форпост и не знают, как его восстановить, поэтому и появляются время от времени разговоры о необходимости проведения еще одной международной военной операции.

Здесь много противников, как бы не наступить на одни и те же грабли, ведь предыдущая операция в 2011 году сделала только хуже.

— Вы считаете, что такая военная интервенция маловероятна в ближайшее время?

— Я так не считаю, я говорю о том, что есть как сторонники этой идеи, так и ее противники. А на какую сторону чаша весов качнется, это пока вопрос открытый, но это усилия Организации Объединенных Наций, к которым сейчас подмазываются Соединенные Штаты Америки, по объединению двух ливийских правительств, они как раз в пользу тех, кто против военной операции, те, которые говорят: «знаете, мы и так заняты в других направлениях, дел по горло и в Ираке, и в Сирии, везде все становится только хуже, некоторые говорят, что вообще нам не надо туда ввязываться, потому все равно будет только хуже». Они делают ставку на то, что в ситуации разберутся сами ливийцы, но практика последних лет показывает, что не в первый раз мы слышим заявления о том, что ливийцы объединяются, и они уже ругались, ссорились и ставили Ливию на очень опасный порог продолжения внутригражданского конфликта.