Ведущий научный сотрудник Российского института стратегических исследований Олег Неменский сразу ставит диагноз: отношения Беларуси и России в плане перспектив интеграции находятся в глубоком кризисе.

«Мы так и не смогли найти модель интеграции Беларуси и России. То, что есть, уже сработало максимально, а дальше продвигаться внутри тех интеграционных систем, которые были созданы, невозможно. И больше всего не заинтересованы в этом в Беларуси», — говорит Неменский.

И признает: мы до сих пор не знаем, как преодолеть принципиальные различия в экономической и политической системах Беларуси и России. Соответственно, наши страны — «невозможно интегрировать в принципе», говорит российский эксперт. И упрекает официальный Минск: «Беларусь хотела бы иметь интеграцию интеграций: и с Востоком, и с Западом. И никак не поймет, что это уже невозможно».

Эксперт отмечает, что в настоящее время Беларусь заняла позицию «ожидания». И признает, что это правильно, ведь сегодня никто не может сказать, чем закончится противостояние между Россией и Западом. Уже сегодня Кремль не способен в соответствующей мере «покупать» лояльность Беларуси, а еще и «ментально наши народы отдаляются с каждым годом».

«Я вижу, что белорусское руководство уже фактически потеряло молодежь своей страны. С этой молодежью прекрасно уже давно работает Запад по самым различным каналам. Россия с ней не работает, и это большая вина России. И я смотрю, что даже та часть молодежи, которая лояльно относится к Лукашенко, смотрит в сторону Запада. И второй момент: та война «русскому миру», которую объявил Лукашенко и под которую сейчас подстроен весь белорусский официоз. Это очень опасный момент. Это новый фактор — ему всего чуть больше года, но он уже приобрел очень серьезные масштабы. Когда я вижу, как весь белорусский официоз и все провластные эксперты борются с понятием «русский мир», становится страшно», — пугается Олег Неменский.

Российского эксперта пытается успокоить белорусский коллега из Института стран СНГ Юрий Баранчик. По его словам, никакой дерусификации в нашей стране не происходит, так как «на белорусском языке говорят только незамужние студентки педагогического университета и часть национальной элиты. А что касается тех же оппозиционеров, то в Могилеве ни один из них не отдал своего ребенка в белорусскоязычную школу». Правда, соглашается, что Россия ведет «работу» исключительно с первым лицом Беларуси, а о работе с рядовыми жителями страны забыла. Ну, и жалуется присутствующим, что он пытался создать в Беларуси «евразийскую организацию», но Минюст отказал в регистрации.

С заявлением, что пророссийские силы в Беларуси подпадают под значительно большие репрессии, чем проевропейские, неожиданно выступает руководитель общественной кампании «Наш дом» Ольга Карач.

«Люди, которые пытаются развивать российский фактор в своих политических программах, они получали больше репрессий — больше, чем проевропейские структуры».

Через призму интеграционных процессов советует смотреть на рост самосознания белорусов экс-кандидат в президенты Татьяна Короткевич.

«Мы не должны забывать, что ЕАЭС — объединение независимых государств. И не надо рост национального самосознания толковать в антироссийском русле».

Что касается самой идеи интеграции двух стран, то здесь Короткевич указывает российским экспертам на отношение Москвы к партнерам по ЕАЭС.

«Я считаю несправедливым, когда Россия заставляет Беларусь выполнять различные стандарты в рамках ЕАЭС, а обязательства по общему рынку энергоресурсов, к примеру, относит на неопределенное время», — возмущается Короткевич.

И задает вопрос присутствующим: »Когда Россия ввела санкции против ЕС и Украины, то почему мы должны ее в этом поддерживать, если живем по концепции ответственного соседства?»

Если коротко передать содержание выступлений экспертов, то все сведется к одной мысли: модели, по которой сегодня могут продолжить интеграцию Беларусь и Россия, нет. Ни у кого. А у Беларуси еще и желания на это нет.