Таджикистан на пороге конституционной реформы. Парламент 10 февраля утвердил проект поправок в Основной закон страны и определил дату всенародного референдума. Он состоится 22 мая этого года. Реформа конституции, инициированная депутатами, предполагает внесение ряда изменений.

Самые существенные из них касаются четвертой главы, определяющей полномочия президента и порядок его выборов в Таджикистане. Так, одна из поправок предписывает не распространять на «основателя мира и единства – лидера нации», четвертую часть 65-й статьи. А она гласит, что «одно и то же лицо не может быть президентом более двух сроков подряд».

Статусом «лидер нации» парламент Таджикистана наделил действующего президента Таджикистана в конце 2015 года. «Таким образом Эмомали Рахмон сможет баллотироваться в президенты неограниченное количество раз», – пояснил помощник президента Таджикистана по правовым вопросам Махмадали Ватанзода.

Основные поправки

Вторая важная поправка снижает возрастной ценз для кандидатов в депутаты обеих палат, а также в президенты. На сегодняшний день порог составляет 35 лет. Согласно же предложенным изменениям, планка может снизиться до 30. Законодатели объяснили такой шаг просто. «Мы открываем дорогу во власть для амбициозной и талантливой молодежи», – заявил DW глава Демократической партии Таджикистана, депутат Саиджафар Исмонов.

Воспользоваться этой поправкой на очередных президентских выборах в 2020 году сможет и старший сын действующего президента Таджикистана Рустам Эмомали. Ему к тому времени исполнится 33 года. В настоящее время Рустам Эмомали руководит Агентством по финансовому контролю и борьбе с коррупцией Таджикистана.

Еще одно изменение, которое обращает на себя внимание, касается 8-й статьи конституции, определяющей функционирование в Таджикистане политических организаций. Парламент предложил запретить деятельность политических партий других государств, а также создание партий на национальной и религиозной основе. Не допускается также финансирование политических партий зарубежными государствами, юридическими лицами и иностранными гражданами.

«Мы решили учесть горький опыт других стран. Взгляните на то, что творится на Ближнем Востоке. В Таджикистане не должно быть политических партий, сформированных по религиозному и этническому признаку», – объяснил это поправку Саиджафар Исмонов.

Наблюдатели отмечают, что легальных националистических политических сил в Таджикистане никогда и не было. Единственная же партия религиозного толка – Партия исламского возрождения Таджикистана (ПИВТ) была признана судом террористической и запрещена осенью 2015 года.

Курс на усиление режима

Конституция Таджикистана была принята в 1994 году. С тех пор в нее дважды вносились изменения. Так, в 1999 году поправки зафиксировали деятельность двухпалатного парламента, а в 2003-м – увеличили срок президентских полномочий с пяти лет до семи.

По мнению эксперта по проблемам Центральной Азии Российского института стратегических исследований Таджикистана Дмитрия Попова, нынешняя реформа, очевидно, проводится персонально в интересах действующего главы государства, поскольку она предусматривает особые прерогативы для лидера нации, а таким статусом в стране обладает только Эмомали Рахмон.

Аналитик полагает, что скорое принятие поправок не является проявлением неуверенности в себе таджикского истеблишмента в условиях кризисных явлений в экономике.

«Несмотря на сложную социально-экономическую ситуацию в стране, действующее руководство обладает сейчас самым сильным властным ресурсом за всю историю независимого Таджикистана. Оно последовательно укрепляет свои позиции, формируя жестко централизованную политическую систему. Это общий тренд, который наблюдается многие годы – по сути, с окончания гражданской войны в 1997 году», – считает Попов.

Возможные риски

При этом политолог сомневается, что сверхцентрализация власти будет полезна для политической системы Таджикистана в стратегической перспективе. «Как видно из опыта других государств, в данном случае велик риск того, что возрастет инертность государственного аппарата, ослабнет обратная связь с обществом, будут сильнее игнорироваться потребности тех групп, которые не входят в правящий класс, а настроения оппозиции станут более радикальными», – говорит Попов.

Эксперт уверен, что плебисцит вряд ли вызовет бурную реакцию мирового сообщества. «Полагаю, Россия и Китай отнесутся к референдуму спокойно, исходя из того, что имеют с правительством Рахмона конструктивные отношения, которые не должны пострадать в результате реформы. Со стороны же Запада Душанбе стоит ждать определенной доли критики», – считает Попов.

Душанбинский политолог Шокир Хакимов также считает, что Россия и страны Запада разойдутся в оценке референдума. «Думаю, нынешний президент полностью устраивает Кремль, а потому Москва отреагирует положительно. А вот ЕС и США, возможно, сформулируют отрицательную позицию. Однако, стоит ожидать, что правящий режим сумеет убедить Запад», – предполагает Хакимов.