О скором прекращении огня в Сирии, заявил госсекретарь США Джон Керри по итогам мюнхенской встречи стран-участниц Международной группы поддержки Сирии. Конкретная дата начала перемирия пока не определена. По словам Керри, договоренность распространяется на все стороны конфликта в Сирии, за исключением террористических организаций, включая запрещенное в России «Исламское государство». Советник директора Российского института стратегических исследований Елена Супонина ответила на вопросы ведущей «Коммерсантъ FM» Оксаны Барыкиной.

— Как вы сейчас оцениваете перспективы перемирия?

— Очень пессимистично. Хорошая новость после Мюнхена состоит в том, что Америка и Россия готовы договариваться по Сирии, но эти договоренности очень шаткие, уровень доверия не очень высокий, но это, пожалуй, две единственные державы, которые сейчас хотя бы как-то пытаются договориться по Сирии. Остальные торпедируют эти договоренности.

— Но ранее появилась информация о том, что Дамаск заявил о вторжении в Сирию войск Турции, правда, сейчас опровергает это глава Минобороны. С чем связан все-таки такой вброс информации, как думаете?

— Это не только вброс информации, это реальная подготовка к новому уровню развития конфликта. Эрдоган до сих пор постоянно говорит о необходимости создания буферной зоны в Сирии, а новый союзник Турции, королевство Саудовская Аравия, постоянно говорит о том, что направит свой спецназ в Сирию якобы для участия в антитеррористической операции под эгидой Соединенных Штатов Америки. То есть кто-то договаривается о мире в Мюнхене, а кто-то ведет какие-то военные приготовления.

И ситуация еще никогда не была столь опасной, причем не только для самой Сирии, ведь не случайно в последнее время конфликт в Сирии звучит в тесной увязке с возможностью начала Третьей мировой войны. Это не преувеличение, это реальная опасность, потому что уже осенью минувшего года российский бомбардировщик был сбит в небе Сирии турецкими истребителями. А что это, как не возможность развития прямого военного конфликта? Да еще Турция — это страна-член альянса НАТО, а тут еще и саудовский королевский спецназ. Дело в том, что они все-таки не такие уж тренированные ребята, и операция Саудовской Аравии в Йемене показывает, что не просто им там приходится. Тем не менее, уже на полном серьезе они готовы втянуться в этот конфликт, а это значит, что число игроков увеличивается, а это значит, что еще больше становится опасность неконтролируемого развития событий.

— Тем не менее, глава Минобороны Турции заявляет, что не намерен отправлять войска в Сирию. Будут сдерживать обещание?

— Пока, может быть, не намерены, они как раз ограничатся тем, что Саудовская Аравия отправит свой специальный контингент или войска специального назначения, а Турция будет тем временем тихой сапой работать над созданием буферной зоны. Может быть, сказывается еще давление со стороны тех же Соединенных Штатов Америки, они опасаются такого развития событий, но не сильно пытаются его предотвратить. Они уговаривают своих региональных союзников не доводить дело до крайней точки, но делают это в стиле Обамы, как-то так, что можно трактовать двусмысленно, двояко — вроде и давят, а вроде так давят, что мало кто их уже слушается.

Поэтому да, есть и такой сценарий развития событий, более хороший, нежели тот, что я описала, но шансы на него очень невелики. Для этого надо продолжить мирные переговоры, надо возобновлять переговоры в Женеве, Москва и Вашингтон над этим сейчас работают, Организация Объединенных Наций очень старается, специальный представитель генсека ООН Стаффан де Мистура очень сильно работает в этом направлении, но его критикует и сирийская оппозиция, и правительство.

— А насколько вообще Россия сейчас может повлиять на скорейшее начало перемирия? Насколько мы сейчас веский аргумент в этом конфликте?

— Россия, конечно же, играет очень большую роль, и веские аргументы России подкрепляются той военной операцией, которую Москва проводит в Сирии. Но в этом некоторые усматривают и противоречия: с одной стороны, Москва хочет мирного урегулирования, с другой стороны, военная антитеррористическая операция в Сирии не прекращается.

Как раз в этом-то с Америкой у нас есть взаимопонимание, потому что американцы и их союзники ведут собственную операцию, и завершать ее или даже на время приостанавливать они не собираются, но региональные союзники американцев Россию за это постоянно критикуют. Но, конечно же, как можно сейчас прекращать военную операцию, когда цели не достигнуты? Главная цель у нас — это борьба с террористами, но пока эта цель еще нуждается в продолжении военной операции.

Поэтому, с одной стороны, идет попытка возобновить мирный процесс, с другой стороны, все продолжают свои антитеррористические операции. И здесь ситуация настолько сложна и, главное, опасна, что мой пессимизм насчет успеха дипломатических усилий с каждым днем только увеличивается.