На фоне экономических трудностей Турция рассорилась с большинством союзников, увязла в Сирии, доведя конфликт с курдами до новой войны уже на собственной территории. Президент страны Реджеп Эрдоган продолжает воинственную политику, но его старший сын под благовидным предлогом недавно переехал в Италию.

Президент Эрдоган в минувшую пятницу обвинил Конституционный суд Турции в нарушении конституции страны — за его решение об освобождении главреда и журналиста оппозиционной турецкой газеты Cumhuriyet. Те были арестованы в прошлом ноябре за публикацию, в которой уличили власти Турции в сотрудничестве с экстремистами в Сирии и поставках им оружия и боеприпасов.

«Это не рядовой инцидент, а шпионаж, попытка раскрыть шаги Национальной разведывательной организации по отношению к (сирийским — прим. ред.) туркменам. Те, кто пытался это сделать, — военные, прокуроры — все сейчас в тюрьме. А нам говорят о нарушении свободы слова. Разве СМИ могут делать всё, что они хотят?» — возмущался турецкий президент.

Президент с тюремным прошлым

Реджеп Тайип Эрдоган, которому сейчас 62 года, в молодости окончил религиозный лицей, за разжигание национальной розни в 90-х отсидел несколько месяцев в тюрьме. Радикальная партия, где он начинал политическую деятельность, после очередного военного переворота в Турции — турецкие военные традиционно играли балансирующую роль для турецких политиков — была запрещена. В 2001 г. Эрдоган учредил новую — Партию справедливости и развития, которая победила на выборах 2002 г. и остаётся правящей до сих пор. Сам Эрдоган с 2003 по 2014 год был главным человеком в государстве — премьер-министром. А когда уже не имел права вновь идти в премьеры, избрался — в 2014 году — президентом. К слову, в своё время Эрдогану удалось «проредить» генералитет, чтобы обезопасить себя от угрозы переворотов. Теперь же Эрдоган планирует переписать конституцию, чтобы сосредоточить в руках президента всю формальную власть в стране.

— Но и сейчас, ещё до конституционной реформы, он узурпировал власть, играет главную роль на турецкой политической арене, — говорит Анна Глазова, заместитель директора Российского института стратегических исследований (РИСИ), руководитель Центра Азии и Ближнего Востока. — Для него крайне важно закрепить эту роль на законодательном уровне, поменять форму правления с парламентской на президентскую. Для этого нужно провести референдум, заручиться поддержкой народа. Сам Эрдоган очень харизматичен. Харизма и позволяет ему так долго находиться у власти. Он великолепный оратор, может говорить по несколько часов, эмоционально и физически выкладываясь, заряжая толпу. Он в этом похож на Кастро или Чавеса. Однако в Турции всё меньшее количество граждан готово оказать ему поддержку. Да и на выборах 2014 года, с учётом нехарактерной низкой явки, за него проголосовало не более 25% граждан.

По словам эксперта, деятельность Реджепа Эрдогана во главе страны можно разделить на два этапа.

— Первый — с момента прихода к власти в 2002 году и вплоть до 2012 года, когда у Турции как на международной арене, так и в экономике были значительные успехи. Товарооборот со странами Ближнего Востока увеличился в несколько раз. Ещё накануне арабских революций в 7 арабских странах был проведён опрос: 63% респондентов ответили, что видят Турцию как образец и модель современного мусульманского мира для своих стран. В этот период Турция сочетала мягкий ислам с демократическими принципами.

В самой Турции не всем нравился постепенный, но настойчивый отход от светских принципов государства, заложенных в начале прошлого века Кемалем Ататюрком. Одной из инициатив партии Эрдогана стало разрешение девушкам ходить в школу в платках. Однако благодаря такой политике Турция, по словам Глазовой, получала шанс стать лидером мусульманского мира.

В 2012 году Эрдоган сделал ещё один неординарный шаг, который мог принести лично ему лавры лидера страны, решившего проблему вооружённого сопротивления курдов — коренных жителей юго-восточных территорий Турции. Противостояние длилось десятилетия и унесло тысячи жизней.

— Он пошёл на переговоры с Рабочей партией Курдистана (РПК), понимая, что подвергнется жёсткой критике со стороны оппозиции, — говорит Анна Глазова. — С другой стороны, было понятно: чтобы решить проблему, нужны переговоры.

Из реформатора — в диктаторы

К попытке достижения мира привлекли даже бывшего лидера РПК Абдуллу Оджалана, который с 1999 года отбывает пожизненное заключение. Но в соседней Сирии в это время развивался конфликт, в «уравнении» появились сирийские курды, а Реджеп Эрдоган посчитал, что сможет другими методами решить эту и множество других проблем Турции. По крайней мере, как он их видел.

— В какой-то момент глава турецкой спецслужбы Хакан Федан прямо заявил о необходимости открыть офис и бюро по связям с «Исламским государством», — обращает внимание Евгений Сатановский, президент Института ближнего Востока. — Это вполне характеризовало позицию Турции ещё до скандалов с торговлей нефтью и поставками оружия.

Востоковед Саид Гафуров обращает внимание, что война в Сирии и вовсе началась именно тогда, когда Турция потеряла темп в экономическом росте.

— Вся история политического успеха Эрдогана — это история взрывного экономического роста. Война в Сирии началась тогда, когда 10-процентный рост турецкой экономики прекратился. Эрдоган начинает искать выход из этой ситуации и превращается в ястреба. Теперь он путём маленькой победоносной войны пытается выиграть то, что потерял, когда потерял экономический рост. Но это означало и конец поставленной раньше им же самим задачи «ноль проблем с соседями». Началась история «ноль соседей без проблем».

Чтобы остаться у власти, как обращает внимание Анна Глазова, Эрдоган пошёл на разрыв мирных договорённостей с курдами, следствием чего стал новый виток войны, которая сейчас ведётся на юго-востоке самой Турции. Хотя эти боевые действия и остаются в тени более масштабных потрясений в соседний Сирии.

— К этому нужно добавить уголовное преследование оппозиции и прессы, рост авторитаризма, — говорит Глазова. — Становится понятно, что за 15 лет произошла трансформация Эрдогана- реформатора в Эрдогана-диктатора.

Специалист по нефти

В этот имидж очень органично укладываются и скандалы вокруг семьи нынешнего президента Турции. Когда Эрдоган ещё был главой турецкого правительства, в интернете всплыли записи разговоров, датированных декабрём 2013 г.: премьер с сыном Билалом Эрдоганом обсуждали, как прятать деньги — куда девать лежащие дома огромные суммы наличных. Одна из главных версий заключалась в том, что «чёрный нал» — не просто уведённые от налогов деньги предпринимателя Билала, а итог торговли нефтью с террористами из «ИГ».

К слову, одним из следствий скандала стала попытка турецких властей ограничить, а то и вовсе запретить на территории страны работу соцсетей, через которые распространялась нежелательная для президентской семьи информация. И это был не единственный «семейный» скандал. В новом правительстве Турции пост министра энергетики получил зять президента Берат Албайрак. Кроме того, как сообщали турецкие журналисты, дочь президента Сюмейе Эрдоган руководила госпиталем, где лечились и отдыхали боевики из Сирии.

Интересно, что родившийся в 1981 г. Билал Эрдоган учился в США, стажировался во Всемирном банке, где его специализацией была как раз торговля нефтью. После этого он вернулся в Турцию, где занялся собственным бизнесом. Но в сентябре прошлого года успешный бизнесмен переехал со своей женой и детьми в итальянскую Болонью. Как писал «Огонёк», официальная причина — желание завершить работу над докторской диссертацией в местном отделении John Hopkins University. Скромного учёного и его семью в Италии охраняют турецкие телохранители с диппаспортами.

Тем временем в феврале итальянская прокуратура дала ход заявлению одного из турецких оппозиционеров, что Эрдоган-младший ввёз в страну серьёзную незадекларированную сумму наличности.

— Обвинений, хоть пока и не дошедших до судов и приговоров, в отношении президента Эрдогана и членов его семьи множество, — говорит Анна Глазова. — И если Эрдоган сейчас потеряет власть, он может оказаться под реальным уголовным преследованием. Поэтому он, конечно, будет держаться за власть до последнего, будет готов на любые шаги, даже если его политика будет идти вразрез с интересами большинства граждан Турции.

— После ареста Оджалана турки смогли расколоть курдские элиты, — возвращается к событиям пятнадцатилетней давности Саид Гафуров. — Мелким умеренным курдским «феодалам», которые поддерживали Рабочую партию Курдистана, дали денег, предложили набрать кредитов в банках, открыть гостиницы в расчёте на российских туристов. Туризм, кстати, больше всего и пострадал в результате российских санкций. Курды обнаружили себя у разбитого корыта… Но решение курдской проблемы для Эрдогана сейчас — не самоцель. Так как он не может больше обеспечивать экономический рост, более того, получил экономический крах, речь зашла о его политическом, а может, и не только политическом выживании. Ему остаётся только закручивать гайки и демонстрировать хоть какой-нибудь военный успех. Авантюристическую политику он ведёт не в силу собственного авантюризма, а потому, что уходить не хочется, но удавка на шее затягивается всё сильнее. Можно с уверенностью говорить о том, что его уже готовятся «валить» в ходе дворцового переворота свои же.