Сатановский: Скажите, ради бога, чего, с вашей точки зрения, у нас сейчас происходит с радикальным исламом? Потому что у меня ощущение, что после того, как мы, в общем-то, поняли всё по поводу Турции и Турция всё поняла по поводу нас, что мы её поняли, Эрдоган это понял, как-то напряженность сильно возросла. По крайней мере, по Татарстану это заметно.

Хизриева: Ну, во-первых, ас-саляму алейкум ва-рахмату-Ллахи ва-баракятух. Я хочу поздравить также с началом поста наших православных сограждан. Пусть им сопутствует в этом удача, пусть они проведут свой пост, как его должно провести. И по поводу скорбных наших проблем хотелось бы сказать, что да, ситуация немного обострилась в связи с тем, что выложены на стол уже теперь практически все геополитические карты. И в прямом и в переносном смысле. Люди, которые раньше скрывались за какими-то словами, перестали за ними скрываться и начинают выступать прямо, и прямо говорят о том, что они хотят подмять под себя государственную систему, во всяком случае, в мусульманских регионах России, там, где мусульман значительное количество или большинство, и делать это хотят вместе с Турцией и Саудовской Аравией. Вот и всё. А Саудовская Аравия вам близкий предмет.

Сатановский: Да и Турция недалека.

Хизриева: Да и Турция от нас от всех недалека. Потому что все эти 20 лет мы очень любили Турцию, с уважением относились к её народу трудолюбивому и надеялись на то, что вот эти все войны русско-турецкие, все эти геополитические проблемы – из них сделаны должные выводы. И вроде бы и Турция в лице того же самого Эрдогана-предателя намекала нам на то, что она готова преодолеть все прошлые какие-то разногласия. Ну, вот оказалось – нет.

Сатановский: А казалось, действительно, что всё хорошо. Мы с таким безумным объёмом торговли и инвестиций и всем, что угодгно…

Хизриева: С доверием.

Сатановский: И с большим уважением, действительно, Эрдогана приглашали на практически любое мероприятие, там хоть Большая мечеть в Москве, хоть что угодно. Вот Эрдоган – лучший друг… Там турецкий слон лучший друг российского слона. Но, насколько я понимаю, сейчас начались какие-то грустные вещи. Меня абсолютно шокировал в этом году процесс, связанные с Раисом Сулеймановым, потому что это нечто очень нехорошее, и я не очень ожидал, что… Ну, да – он охотник на радикальных исламистов такой, и это дико раздражает любое начальство в любом регионе. Потому что у тебя всё хорошо, а потом у тебя проводят центральные власти контр террористическую операцию, и выясняется, что информация у них есть. Ну, предположим, ладно. А является ли это предметом, для того чтобы внутри Российской Федерации, которая воюет с террористами, начинать открывать дела на людей, которые отслеживают террористов?

Хизриева: Ну, знаете, Евгений Янович, я на это хочу вам такую вещь сказать. Для людей, которые занимались антитеррористической деятельностью, экспертной или аналитической, или даже журналистскими расследования в этой области, то, что произошло с Раисом Сулеймановым, абсолютно не вызывает никакого удивления.

Сатановский: То есть у вас иллюзий не было.

Хизриева: Никаких иллюзий никогда не было.

Сатановский: О-ой!

Хизриева: Мы, иногда собираясь небольшими конференциями и совещаниями, которые проводил в том числе и Национальный антитеррористический комитет, поговаривали о том, что, не дай бог, что выйдет такая же история, как вышла с турецкой историей с самолётом. Что сами же те люди, которых мы считаем нашими, то есть власти некоторых субъектов…

Сатановский: Ну, казалось бы, регионы-то свои, российские.

Хизриева: Да. Ударят в спину тем экспертам, которые по-настоящему борются в этих регионах с терроризмом. Не с мусульманами с другими, как они пытаются это нам навязать, а именно с террористами и с терроризмом.

Сатановский: Вопрос, Галина Амировна. А почему? Вот ваш взгляд на это как человека, который действительно в борьбе с радикалами и с террористическими структурами и отслеживающего их годы и годы куда как более профессионален, чем мы. Что происходит с нашими начальниками?

Хизриева: Очень простая вещь с ними происходит. Засиделись господа в креслах, создали свои структуры, тесно связанные вот за те волшебные годы дружбы с Турцией и прочими странами, создали свои финансовые и бизнес-структуры, работающие в очень тесной связи с этими странами, и на сегодня они перевязаны и связаны с ними настолько, что каждое «нездоровое» движение по этой паутине отражается на их кошельках. Вот и всё.