Апология статистики

Мы последнее время постоянно подчеркиваем, что необходимо различать русофобию и антироссийство. Первое есть своеобразная больная вера, второе просто политика — сегодня говорим так, завтра иначе.

Русофобы на информационном поле контрастны. Самый яркий пример —значительная часть польской интеллектуальной элиты. Более близкий образчик — радикальные украинские националисты австро-венгерского и бандеровского розлива. Серьезно об этом рассуждать смысла нет, как нет смысла спорить с адептами секты «Бога Кузи».

Что касается антироссийства — явления на стыке политики и пропаганды, — то тут социологам есть что замерять. Традиционно государство-мишень должно обрести конкретное лицо, человека, желательно злодея-харизматика. Только так формируется через СМИ нужное общественное мнение. Вот и вышло, что антироссийство моментально трансформировалось в «антипутинизм».

Социологические службы на Западе меряют не рейтинги Путина. Замеряется результат: как население восприняло установки пропагандистского аппарата на то, что политика российского руководства угрожает национальным интересам того или иного государства.

Информационная активность: почему бы не поговорить о позитиве?

Неделя с 28 марта по 3 апреля оказалась в информационном плане достаточно спокойной. Число публикаций о России упало на 8% (1030 материалов против 1119). Как ни странно (а может именно закономерно), большого шума панамские документы не произвели. Может быть, в определенной степени реакцию на вброс сомнительного компромата нейтрализовало предупреждение пресс-секретаря президента России Дмитрия Пескова.

На первом месте с большим отрывом закрепилась Германия (это привычно), журналисты которой выдали 128 единиц информационной продукции. А вот «великие и ужасные» США передвинулись аж на 11-е место — всего 25 публикаций, в 5 раз меньше, чем у немцев. Такого еще никогда не было!

Когда обстановка вокруг России на информационном фронте спокойна, резко возрастает число позитивных публикаций. Не потому, что мы вдруг стали лучше, а просто нет заказа на нагнетание негатива. В такие моменты появляются материалы, которые действительно могут заинтересовать массового читателя и зрителя.

За минувший период было опубликовано 98 статей в позитивной тональности. Это не так уж и мало — почти 10 %.

Лидером оказалась Франция — 15% материалов. Позитив связан в основном с российской политикой на Ближнем Востоке: «Ф.Лукьянов: «Место России в мире неоспоримо» (Le Monde, 03.04.2016); «Ф.Фийон: «Россия — единственная держава, избравшая реальный подход для борьбы с ИГИЛ» (Marianne, 01.04.2016); «На пути к потеплению отношений между Москвой и Вашингтоном» (Radio France Internationale (RFI), 30.03.2016); «Освобождение Пальмиры как свидетельство эффективности внешней политики России» (La Provence, 29.03.2016); «Сирия: победа под Пальмирой. Что дальше?» (Le Monde, 29.03.2016); «Взятие Пальмиры еще больше укрепляет позиции России по Сирии» (Liberation, 28.03.2016).

В Сербии положительные публикации появились на темы экономики и контактов политиков высокого ранга: «Наши овощи и фрукты устремляются в Россию» (Vecernje novosti, 03.04.2016); «Дачич: Россиян интересует, меняет ли Сербия свою позицию по поводу НАТО» (Blic, 02.04.2016); «Дачич в Москве: Шойгу зовет сербов в Пальмиру» (Vecernje novosti, 31.03.2016); «Рогозин: «Был бы я Шешелем — я бы отправил судей трибунала в тюрьму» (Blic, 31.03.2016); «Российские железные дороги привлекают сербские компании к реконструкции железнодорожных линий в Сербии» (Blic, 29.03.2016). И интересная статья на историческую тему: «Русские монахини возродили сербские женские монастыри» («Политика», 31.03.2016).

В период непростых отношений между Россией и Турцией пресса остается достаточно лояльной к России: «Мир с Россией на основе мемориалов!» (Haberturk.com, 01.04.2016); «Кризис с Россией преодолевается?» (Yeni Safak, 30.03.2016); «Переход к положительной динамике в турецко-российских отношениях» (Sabah, 30.03.2016); «Таяние льдов в отношениях с Россией пойдет на пользу обеим странам» (Star, 28.03.2016).

В Объединенных Арабских Эмиратах, где всегда бывает много российских туристов, все очень для нас неожиданно: «Роман «Война и мир» — современная «Илиада» (al-Khaleej, 03.04.2016); «В дубайском комплексе «Всемирная деревня» открылся павильон «Россия» (al-Bayan, 03.04.2016); «Футболки с Путиным пользуются спросом в дубайском комплексе «Всемирная деревня» (al-Bayan, 31.03.2016); «Где место России? Москву нельзя недооценивать» (al-Khaleej, 01.04.2016).

Индекс агрессивности: разлитие желчи

Зарубежные медиа в целом успокоились по поводу российского геополитического поведения. Это выразилось и в заметном снижении среднего для всех стран индекса агрессивности.

Если ранее индекс агрессивности был равен 1,04 (тоже не очень большая цифра), то теперь этот показатель составляет 0,73. Не рекорд дружелюбия, конечно, но существенно ниже, чем мы прогнозировали.

На первом месте Польша — индекс агрессивности составляет 2,6, потом Украина — 2,1. Это объяснимо. Но вот у США вдруг — 1,5. Впрочем, «российский» поток публикаций из США сегодня как никогда мал, и будем считать, что за Россию там волнуются исключительно искренние русофобы.

А вот информационные «гранды» откровенно удивили, причем приятно: Германия — 0,95; Франция — 0,53; Великобритания — 0,62; Австрия — 0,75.
США. Вот их негатив: «Странная смерть Михаила Лесина последовала после его исключения из числа российской элиты» (The New York Times, 03.04.2016); «Путин руководит сползанием России к нищете» (Newsweek, 01.04.2016); «Не позволим Владимиру Путину уничтожить НАТО» (Time, 01.04.2016); «Сделка Путина с дьяволом» (The Washington Post, 01.04.2016); «Владимир Путин встречается с бывшей супругой Руперта Мердока» (The Boston Globe, 01.04.2016); «В связи с приближающимися выборами Кремль вводит «этические стандарты», чтобы заткнуть рот критикам» (The Christian Science Monitor, 30.03.2016).

Как видим, огонь ведется совсем не по политическим площадям, это снайперские выстрелы. Заказа «сверху» на антироссийские материалы в прессе США сегодня особо не просматривается. Наоборот, господствуют адекватные материалы: «Репортаж о русской бане» (Los Angeles Times, 03.04.2016); «США и Россия призывают к сдержанности после активизации боевых действий в Нагорном Карабахе» (The Wall Street Journal, 03.04.2016); «Роснефть» демонстрирует хорошие показатели на фоне слабого рубля» (The Wall Street Journal, 01.04.2016); «Россия поможет расчистить Пальмиру от мин-ловушек, оставленных боевиками ИГ перед уходом» (International New York Times, 31.03.2016); «Пентагон признает эффективность российских авиаударов в Сирии» (The Washington Times, 30.03.2016); «Как российский спецназ ведет боевые действия в Сирии» (The Washington Post, 30.03.2016); «Так выглядит современный российский танк в результате попадания ракеты американского производства» (The Washington Post, 29.03.2016); «Россия и США начинают находить общий язык?» (Forbes, 28.03.2016, США).

Украина. Времена для украинской элиты сегодня непростые. Отразилось ли это на формировании общественного мнения по известным вопросам? Итак: «Друзья Путина использовали банк «Россия» для масштабной схемы с отмыванием средств» («Громадське Телебачення», 03.04.2016); «Риелтор друзей Путина, — полный текст расследования Reuters» (Телеканал 112, 01.04.2016); «Отменит ли Запад санкции против Кремля» («Новое Время» (Украина), 01.04.2016); «Украина середины ХVІІ века: полигон «гибридной войны» Москвы» («Зеркало недели», 01.04.2016); «Кремль опроверг сообщения о якобы достигнутой с Белым домом тайной договоренности о судьбе Асада» («Факты», 31.03.2016). Очевидно, что «путинофобия» на Украине занимает маргинальное положение, по крайней мере сегодня.