Общий интерес

Выступая в Ганновере, Обама сказал, что «договор упростит торговлю для всех, в том числе для малого бизнеса, позволит убрать тарифы, упростить процедуры, снять различия в регулировании». Но противники соглашения остаются на своем. По их мнению, на самом деле оно отражает интересы исключительно транснациональных компаний, которые борются за снижение контроля и ослабление мер регулирования в Европе.

Начальник сектора международных экономических организаций Центра экономических исследований РИСИ Вячеслав Холодков рассказал «Экономике сегодня», как соглашение США и ЕС задевает российские интересы, почему Обама хочет ускорить его подписание, и в каких моментах соглашение вызывает наиболее ожесточенные споры:

«Когда переговоры по Трансатлантическому торгово-инвестиционному партнерству только начинались  в 2013 году, то были проведены соответствующие расчеты. Американский экспорт в Европу, как и в обратном направлении, должен был увеличиться. Ожидалось, что к 2027 году дополнительный рост ВВП ЕС, в случае заключения соглашения, составит где-то 0,5% в год, а для США – 0,4%  в год.

Но не стоит рассматривать его как обычное, хоть и сверхкрупное соглашение о создании ЗСТ, нацеленное лишь на стимулирование внешней торговли, на снятие нетаможенных и нетарифных барьеров и на обнуление или резкое снижение импортных тарифов. ТТИП – это попытка создания нового экономического блока беспрецедентного по глубине и по масштабам либерализации, не только внешнеторговых связей, но и в целом внешнеэкономических механизмов как в США, так и в ЕС. Дело в том, что хотя переговоры по этому соглашению ведутся в обстановке строжайшей секретности, но кое-какие утечки были. Судя по ним, соглашение во многом будет напоминать подписанное ранее соглашение о транстихоокеанском партнерстве,  будет распространяться не только  на торговлю и инвестиции, но и на такие сферы как право интеллектуальной собственности, коммерческое судопроизводство, экологические стандарты и многое другое, что ранее никакими соглашениями не затрагивались».

Разница подходов

Закрытость переговоров привлекла повышенное внимание общественности. В Ганновере даже прошла многотысячная демонстрация, люди протестовали против заключения соглашения. Возникли существенные разногласия между США и ЕС. Очень трудно шли переговоры по стандартизации передачи электронных данных. Крупнейшие американские компании считают, что европейцы установили слишком жесткие стандарты. Европейцы же апеллируют к скандалам, в ходе которых выяснилось, что АНБ прослушивает мобильную телефонию многих лидеров плюс перехватывает сообщения через интернет.

Еще один вопрос – регулирование торговли сельскохозяйственной продукции. Речь в первую очередь о закупках ГМО, у американцев стандарты мягкие, у европейцев жесткие из-за сильного лобби зеленых.

Еще один спорный момент связан с участием иностранных компаний в госзакупках. Американцы отказывают европейским компаниям в участии в госзакупках на том основании, что госзакупки в США осуществляются не федеральным правительством, а правительством штата. Поэтому федеральное правительство не может диктовать штатам, кого допускать, а кого нет. Европейцев такой подход не устраивает, потому что они-то в свою очередь допускают американцев к торгам по госзакупкам.

Еще один спорный вопрос в том, что американцы категорически отказываются либерализовать свой финансовый сектор для европейских структур. Они не хотят, чтобы европейские банки составили им конкуренцию на внутреннем американском рынке.

Цели Обамы

Почему Обама хочет подписать соглашение до конца года – понятно. Он хочет войти в историю как президент, который достиг крупных положительных итогов и в сфере экономики, и в сфере внешней политики. Соглашение с Ираном, транстихоокеанском партнерство, ТТИП. Эти соглашения рассчитаны на десятилетия вперед – они изменят всю мировую экономическую архитектуру, поэтому он и спешит.

Я бы хотел сделать акцент на то, что соглашение означает для России и ее союзников.  Оно ставит совершенно реальную цель ограничить экономическую мощь БРИКС и Китая. Сейчас объем товарооборота между Китаем и Европой примерно 600 млрд долларов, а между Европой и США около 500 млрд. Китайцы уже превзошли США  в торговли с европейскими странами, в Вашингтоне понимают всю опасность этой ситуации, поэтому действие соглашения ограничит доступ китайских товаров на европейский рынок и облегчит доступ американских.

Следующая цель соглашения – распространить выработанные соглашения на всю мировую экономику, навязав мировому сообществу чисто американские подходы к главным экономическим проблемам. Речь идет о том, что 2 суперсоглашения по существу означают подмену Всемирной торговой организации, и будут в будущем определять контуры и правила  мировой торговли. Чем это для нас плохо? Обесценятся усилия 18 лет по вступлению в эту ВТО.

Уже сейчас говорится, что кроме стран ЕС в это соглашение будут включены, Канада, Мексика, Норвегия, Исландия, а также некоторые кандидаты в страны ЕС. Там может оказаться и Украина. Мы не можем наверняка сказать, кого они дальше будут втягивать, но вполне возможно, что следующей станет Белоруссия.

Туда попытаются втянуть другие республики СНГ, которые сейчас входят в процесс экономической интеграции с Россией. США могут использовать Трансатлантическое партнерство, чтобы разрушить нашу собственную интеграционную модель, которая выражается в создании и функционировании ЕАЭС. Большая угроза для России и в том, что будет сформирована совершенно новая экономическая среда в Европе, а Европа до сих пор является главным рынка сбыта нашей экспортной продукции. Я не исключаю, что соглашение затруднит доступ российских товаров на европейский рынок со всеми вытекающими последствиями для развития России».

Андрей Петров