Уполномоченный по правам ребенка при президенте Павел Астахов обратился к председателю Следственного комитета Александру Бастрыкину с предложением создать межведомственную рабочую группу для координации усилий федеральных структур по предотвращению самоубийств среди несовершеннолетних.

Как сообщил детский омбудсмен «Известиям», для решения проблемы подростковых самоубийств необходима работа разных ведомств, у каждого из которых есть определенные полномочия, но достаточно узкие.

— Роскомнадзор и Генпрокуратура в оперативном режиме выявляют и блокируют сайты с опасной для детей информацией. Но что дальше? Сегодня Роскомнадзор заблокировал, скажем, восемь таких сайтов, а завтра появится еще больше, — говорит Павел Астахов. — Роспотребнадзор, который тоже может обращаться с просьбой о блокировке, не имеет права выявлять их. Это натолкнуло меня на мысль о создании межведомственной рабочей группы, а может, потом и комиссии, где могли бы собраться все коллеги, кого это волнует и кто обладает полномочиями. Это Генпрокуратура, Следственный комитет, Минздрав, Минтруд, Минобрнауки, Роскомнадзор, Роспотребнадзор и уполномоченный по правам ребенка и его аппарат.

По мнению Павла Астахова, рабочую группу следует создать при председателе Следственного комитета, поскольку «немаловажной составляющей этой проблемы является преследование и привлечение к ответственности тех, кто провоцирует несовершеннолетних на сведение счетов с жизнью».

Однако и у других ведомств есть свои участки работы. В частности, Минздрав и Минтруд должны заниматься реабилитацией подростков, совершивших попытку самоубийства и вообще демонстрирующих суицидальное поведение. А Минобразования, считает Астахов, следует организовать разъяснительную работу в школах.

— Я разговаривал с первым замминистра образования и науки и сказал, что до начала каникул во всех школах должны быть проведены разъяснительно-воспитательные мероприятия. С детьми надо поговорить, объяснить, насколько это опасно, — сказал Павел Астахов.

Детский омбудсмен также рассказал, что в настоящее время готовит доклад главе государства о сайтах и группах в социальных сетях, пропагандирующих самоубийства.

— Многие — и Следственный комитет, и Роскомнадзор, и Роспотребнадзор — прямо указывают, что это системная война, именно война по отношению к нашим детям. Это серьезные заявления, которые нельзя оставлять без внимания. Буду готовить по этому поводу доклад президенту — может быть, здесь надо спецслужбы подключать, — сказал он.

По его мнению, надо вводить ответственность за размещение опасных ресурсов про суициды подобно тому, как это делается в отношении ресурсов с экстремистскими материалами.

Игорь Белобородов, возглавляющий сектор демографии, народонаселения, миграции и этнорелигиозных проблем Российского института стратегических исследований, высказал сомнение в необходимости создания новой комиссии.

— Неужели сейчас в стране недостаточно функционала, чтобы побороть эту явную и насущную проблему? — сказал он «Известиям». — У нас, по одной версии девять, по другой — 12 ведомств, которые занимаются вопросами защиты прав детей. И если уж они до этого не скооперировались в столь злободневной теме, то какова гарантия, что комиссия что-то даст? Надо дело делать, а не комиссии создавать! Всё для этого есть, даже больше чем надо.

Белобородов считает, что «никто не хочет брать на себя персональную ответственность, выгоднее распылить ее по разным ведомствам». По его мнению, необходимо создать ведомство, которое бы занималось благополучием семьи и улучшением демографической ситуации. Главная долгосрочная задача, которая, как считает демограф, может решить проблему подростковых суицидов, — меры, направленные на оздоровление института семьи.

— В благополучной гармоничной семье, где есть два родителя, которые любят своих детей и заботятся о них, не так уж много поводов для самоубийства. Я думаю, что они вообще отсутствуют, — заключил Белобородов.

Член Общероссийского совета по психотерапии, врач Марк Сандомирский, напротив, считает, что создание межведомственного органа, который будет заниматься поисками решения проблемы, является необходимым шагом, но недостаточным.

— Проблема детских и подростковых суицидов — системная проблема общества (как и суициды в целом, представляющие собой социальную эпидемию). Она вытекает из того, что общество в целом становится более агрессивным, — сказал он «Известиям». — Дети и подростки обучаются агрессивному поведению по образцу родителей и затем проявляют агрессию в своей среде. Значительная часть подростков-суицидентов — жертвы буллинга, психологической агрессии сверстников.

Вторая причина, по его мнению, связана с кризисом семьи как социального института: ее члены становятся более отчужденными друг от друга, углубляется разрыв между поколениями детей и родителей. Дети не получают в семье достаточной психологической поддержки, у них нет привычки открыто говорить о своих проблемах. Наоборот, они стараются скрывать, избегая родительского недовольства.

Еще одна проблема — рост распространенности депрессивных расстройств, в том числе протекающих скрыто, поскольку нередко суицид является на самом деле следствием незамеченной и поэтому нелеченной депрессии. Внешние события оказываются только поводом, последним толчком перед пропастью, отметил Сандомирский.

— На всё это накладывается как у детей, так и у окружающих их взрослых отсутствие психологической культуры, неумение справляться со стрессом, эмоциональная некомпетентность, — рассказывает психотерапевт. Соответственно, необходимо, подходя к решению проблемы суицидов системно, заниматься проработкой всех ее составных частей. Где-то это может делать государство, но нужны не только ведомственные усилия, но и широкомасштабные социальные проекты, предназначенные для пропаганды правильного поведения и обесценивания суицидальной агитации, которую можно встретить в соцсетях.

Сандомирский считает, что усилиями волонтеров можно создавать общедоступные, бесплатные группы психологической поддержки. Не столько группы борьбы с суицидом, сколько общей поддержки в решении самых разных подростковых психологических проблем. В таком формате они могут быть востребованными, а вот «узких» групп борьбы с суицидом подростки, скорее всего, будут избегать, опасаясь стигматизации.