Вопреки всем прогнозам и социологическим опросам, на референдуме о дальнейшем пребывании Соединенного Королевства в ЕС победили сторонники выхода из этого объединения (так назваемые сторонники  Brexit1). Согласно статье 50 Лиссабонского договора, в ближайшее время Лондон должен начать постепенный выход из структур ЕС и пересмотр всех соглашений, заключенных с Брюсселем.

По официальным данным, за выход страны из ЕС проголосовали 51,9%  британцев. Особенно обескураживающим этот результат стал для премьер-министра страны, лидера Консервативной партии  Дэвида Кэмерона, который был не только активным сторонником «европейского единства», но и главным инициатором  проведения референдума. В сложном положении оказалось и почти все сообщество политологов, из которых ни один не смог предсказать произошедшее.

Определенный резонанс события в Великобритании вызвали и в России.  Ряд  экспертов, аналитиков и действующих политиков высказали предположения, что Европейский союз ожидает череда структурных реформ и даже продолжение сецессии. Так, Председатель Совета Федерации России Валентина Матвиенко назвала результаты прошедшего референдума «тревожным сигналом» для Брюсселя, а сам выход Лондона из ЕС – «судьбоносным решением». Что же ждет в ближайшие годы Европейский союз?

Что ждет Евросоюз?

Член Общественной палаты России, директор Фонд исследования проблем демократии Максим Григорьев считает, что прошедший референдум не повлечет за собой серьезных изменений в экономической сфере. «По-видимому, евробюрократия постарается сделать все возможное для того, чтобы сохранить  ЕС в прежних границах, – заметил он. – В то же время прошедший референдум показал, что в британском истеблишменте существуют серьезные расхождения по вопросу взаимоотношений Лондона и Брюсселя».  В качестве примера М.Григорьев привел позицию  члена Палаты общин,  действующего мэра Лондона, одного  из кандидатов на пост премьер-министра Великобритании, функционера Консервативной партии Бориса Джонсона. Этот политик  в одной из своих последних статей назвал Европейский союз неизбираемой, неподотчетной никому и недемократической структурой. Как полагает эксперт, с этими определениями вполне можно согласиться.

«Евробюрократия сделает все возможное для того, чтобы сохранить ЕС в прежних границах» (Максим Григорьев)

Как считает М.Григорьев, сложность современного Европейского союза в том, что он изначально создавался как чрезвычайно зарегулированная политическая и экономическая структура. Считалось, что усиление контроля и передача части полномочий национальных правительств в единый наднациональный центр поможет избежать столкновений интересов и обеспечит мирное развитие Европы. В то же время нельзя отрицать тот факт, что за дальнейшее пребывание Великобритании в ЕС выступило почти все научное сообщество страны. У них был свой резон: ученые боялись потери источников финансирования, тесно связанных с Брюсселем. По этой же причине против выхода из ЕС выступили представители ряда неправительственных организаций и экологических движений. М.Григорьев считает, что все эти социальные страты представляют собой особый ресурс, на который в ближайшие годы могут надеяться чиновники ЕС.

Заявления о предстоящем распаде Евросоюза М.Григорьев считает преждевременными: «Значительная часть политической элиты Великобритании, а также молодежь в 20-30-летнем возрасте, проживающая в крупных городах страны,  в первую очередь считает себя европейцами, а уже потом англичанами». М.Григорьев предлагает  забывать и об эффективно действующей пропаганде идей европейского единства». В то же время эксперт не исключил, что в среднесрочной перспективе в стране может усилиться роль евроскептиков. По мнению М.Григорьева, выход Великобритании из ЕС привел к некоторому снижению влияния Германии и Франции в Европе. Далеко не всем нравился тотальный, глобальный подход к решению наиболее острых проблем ЕС, а идея создания единой европейской армии, неоднократно озвученная председателем Европейской комиссии Жаном-Клодом Юнкером, вызвала категорическое неприятие ряда членов Евросоюза. Тем не менее, происходящие на европейской политической арене события вряд ли приведут к кардинальному пересмотру формата отношений между Россией и ЕС. «Даже если допустить, что евроскептики, вроде Бориса Джонсона, получат пост премьер-министра страны, риторика в отношении нашей страны останется прежней», – заключил М.Григорьев.

Британское общество: раскол географический и идейный

Научный сотрудник сектора региональной безопасности Центра евроатлантических и оборонных исследований Российского института стратегических исследований (РИСИ) Анна Виловатых подчеркнула, что укрепление позиций сторонников Brexit шло в Великобритании достаточно давно. Одним из наиболее острых вопросов, вызывавших недовольство британских граждан, стала проблема мигрантов, прежде всего из стран Восточной Европы.  Интересен географический аспект прошедшего голосования: если в Шотландии и Северной Ирландии большинство участников референдума (62%) выступило за членство в ЕС, то в Уэльсе и в Англии (кроме Лондона) их было всего 45-49%. «Эти цифры свидетельствуют, что общество в Великобритании расколото и неконсолидировано», – заметила А.Виловатых.

В то же время эксперт РИСИ считает, что сам процесс выхода Соединенного Королевства из ЕС займет длительный период времени. Согласно статье 50 Лиссабонского договора, после состоявшегося голосования в Европейский Совет должна быть подана заявка о выходе страны из Союза, а также определен новый формат сотрудничества. Правда, в случае необходимости срок выхода Королевства из ЕС может быть продлен.

Будет ли реанимирована доктрина «Междуморья»?

Старший научный сотрудник Аналитического центра МГИМО (У) МИД России Леонид Гусев  считает, что отношения России и ЕС останутся на прежнем уровне. Он также напомнил, что, помимо заявки в Европейский совет, голосование по процедуре выхода Великобритании из ЕС  должно состояться в парламентах всех 27 членов этого объединения. Здесь Лондон может столкнуться с определенными сложностями. «В настоящее время в Евросоюзе идут сложные и разнонаправленные процессы, – заметил эксперт. –  Разумеется, недовольство деятельностью брюссельской бюрократии ведет к усилению позиций национальных движений, – например, «Национального фронта» Марин Ле Пен во Франции, или «Альтернативы для Германии».  Однако не меньшее беспокойство вызывают восточные рубежи ЕС, где активно продвигается идея «Интермариума» («Междуморья»)2, который мог бы включить в себя все земли от Балтийского до Черного моря, в том числе украинские, с размещением на них военных баз США». По мнению Л.Гусева, лоббисты этого проекта намерены создать мощное объединение, тесно завязанное на контакты с Вашингтоном и способное диктовать ЕС собственную политику.

«На восточных рубежах ЕС активно лоббируется идея «Междуморья», включающего в себя земли от Балтийского до Черного моря и завязанного на контакты с США» (Леонид Гусев)

Британский референдум и глобальные элиты

Генеральный директор Института ЕврАзЭС Владимир Лепехин в своем выступлении проанализировал геополитический аспект происходящих в Европе изменений. По его мнению, прошедший референдум стал свидетельством усиления в ЕС проамерикански настроенных политических сил. «Поскольку президент США Барак Обама перед уходом в отставку хочет завершить формирование Трансатлантического инвестиционного партнерства, а чиновники ЕС сопротивляются этому, было необходимо сломать их противодействие», – считает он.  По логике В.Лепехина, вряд ли имеет смысл особо уповать на то, что прошедший референдум отвечает массовым настроениям британцев. Действительно, недовольство социальной и экономической политикой Брюсселя очень сильно. Однако СМИ Великобритании как контролировались, так и продолжают контролироваться транснациональными корпорациями. Поэтому особых иллюзий в отношении прошедшего голосования питать не стоит.

ЕС и цена единства

Среди российских экспертов есть и  группа социологов,  которые считают,  что о последствиях прошедшего референдума  судить еще рано. Так, для профессора Научно-исследовательского университета «Высшая школа экономики» Андрея Быстрицкого  очевидно, что  при всех расхождениях по вопросам политической идентичности в Европе, платить высокую цену за единство никто не хочет. С этим тезисом можно отчасти согласиться. Когда слишком много разговоров ведется о цене, великие идеи, которые можно отстаивать и за которые порой приходится умирать, уступают место прагматике. Произошедшие события показывают, что политическая модель мира, которая существовала после Второй мировой войны, уходит в прошлое. Неизвестно, как скоро она исчезнет полностью. Ясно только одно: без серьезных изменений, в рамках которых найдут свое отражение интересы национальных правительств и государств, ей не обойтись.


[1]

[2]

  1. Brexit – сокращенное название выхода Великобритании из Европейского союза (от англ. Britain – Британия и Exit – выход).
  2. «Междуморье» –  в истории проект конфедеративного объединения, которое включало бы Польшу, Украину, Белоруссию, Литву, Латвию, Эстонию,  Молдавию, Венгрию, Румынию, Югославию, Чехословакию, а также Финляндию. Впервые выдвинут после Первой мировой войны маршалом Польши Юзефом Пилсудским. Концепция  «Междуморья» сохраняет популярность в польских политических кругах.