Теракты в Ницце, Мюнхене и Руане демонстрируют бессилие европейских силовиков в конкретном месте в конкретное время.

На вопрос Sputnik, возможно ли бороться с «техническим террором», ответила научный сотрудник Центра евроатлантических и оборонных исследований РИСИ Надежда Узунова. 

Террористическая логистика

Французские спецслужбы были предупреждены об активизации террористов «Исламского государства» именно во Франции. О вероятном увеличении количества терактов в республике еще в конце мая заявил директор Главного управления внутренней безопасности МВД Франции Патрик Кальвар. Причем он назвал возможными «технические теракты». Он предположил, что террористы могут подложить взрывпакет или взорвать машину.

«Члены террористической организации постоянно думают над тем, как облегчить логистику и получить технические возможности по доставке взрывчатых веществ и оружия во Францию», — сказала научный сотрудник. По ее словам, если возникают сложности с переправкой боевиков и смертников, они готовы менять тактику. Тогда наступает череда технических терактов.

Поскольку «Исламское государство» имеет сетевую структуру и носит интернациональный характер, группировка может быстро трансформироваться и приспосабливаться к новым условиям, отметила эксперт. Если масштабные сети, организующие крупные теракты, начинают активно раскрывать, террористы переходят к атакам одиночек. Именно такие нападения произошли 26 июля в Руане и 14 июля в Ницце.

Когда традиционное государство сталкивается с сетевым типом организации, классические методы борьбы оказываются неэффективными, подчеркнула Узунова. Ситуацию осложняет и то, что из-за отсутствия границ передвижение террористов по странам Европы почти невозможно отследить. Спецслужбы даже знают о путях, по которым поступают боевики из Сирии, однако люди все равно перемещаются по Европе почти беспрепятственно.

Франция зачастую отслеживает террористов за пределами ЕС, но при пересечении границы они «пропадают с радаров». Национальные спецслужбы отдельных европейских стран в некоторых случаях могут отследить членов ИГ, однако координации между ними недостаточно, подчеркнула эксперт.

Как становятся террористами-одиночками во Франции

Церковь в Руане, на которую было совершено нападение, значилась в списках «потенциальных целей для атак» радикальной группировки ИГ, обнаруженных в ходе рейдов в прошлом году. Более того, один из террористов был в «Списке S» — это база данных французских спецслужб, куда вносятся все подозреваемые в террористической деятельности и угрозе национальной безопасности.

Чудовищный теракт в Ницце совершил 31-летний житель этого города тунисского происхождения Мохамед Лахуайедж Бухлель. Ответственность на себя также взяло «Исламское государство».

Специалист напомнила, что во Франции проживает много выходцев из восточных стран, которые не нашли свое место в жизни. Естественно, эти люди привязаны к своим общинам, через которые террористы их и вербуют.

«Готовых последовать за террористами людей, которые чем-то недовольны или же просто неадекватны, легко найти в любом обществе. Вербовщики без труда обрабатывают им мозги», — отметила Надежда Узунова.

По ее словам, ситуация во Франции в плане морального общественного настроения сейчас сложная, безо всяких терактов крайне много внутренних проблем.

Правоохранители против власти

Теракты происходят на фоне серьезного конфликта между рядовым составом французских спецслужб и властями, представляющими силовой блок, в частности, министром внутренних дел Бернаром Казневым. Конфликт набирает обороты вместе с усилением напряженности, и это наводит на мысль, что исламисты следят за его развитием.

Сейчас во Франции у власти находятся глобалисты, известные своими деголлевскими ценностями, пояснила эксперт. Вопросы безопасности не являются их приоритетом. В 2015 году, незадолго до ноябрьских терактов, недовольство этим вылилось в большую забастовку полицейских.

«Глава министерства юстиции Кристиан Тобира как либерал выступала с предложением облегчить жизнь заключенных и обеспечить их права. Соответствующие правила были введены, и серьезного рецидивиста выпустили по семейным обстоятельствам, чтобы похоронить отца. Сразу после освобождения он начал совершать преступления. А в момент задержания ранил двух полицейских», — рассказала Узунова.

Тогда на улицы Парижа в знак протеста вышли десять тысяч человек. Полицейские совершенно справедливо отмечали: «Мы ловим преступников, а вы провоцируете преступления против нас».

«Более того, в июне был совершен теракт против семьи полицейских. Муж и жена были жестоко убиты у себя дома. Правоохранители после этого случая упрекали министра внутренних дел Бернара Казнева в том, что руководство страны должным образом не обеспечивает защиту тех, кто защищает граждан. Выяснилось, что убийство совершил не просто уголовник, а радикал, который свободно получил доступ к информации о месте проживания полицейского», — сказала Надежда Узунова.

Полицейские и сотрудники французских спецслужб, по словам эксперта, чувствуют себя ущемленными.

Пощечина республике

Террористическая организация «Исламское государство» еще в 2014 году выдвигала идею, что террористам нужно бить именно по Франции как по носителю идеи национального государства, против которого они выступают. Причем членам группировки предлагалось охотиться именно на представителей силовых структур и госслужащих.

После парижских терактов выяснилось, что европейские силовые структуры оказались абсолютно бессильны в конкретном месте в конкретное время, заявила эксперт.

Так, в Париже ранее особо подчеркивали, что Франция сокращает расходы на безопасность, потому что созданы общеевропейские структуры, на которые страна рассчитывает. В итоге выяснилось, что рассчитывать на них, в принципе, бесполезно.

«Во Франции только национальные подразделения имеют право применять оружие. К театру Батаклан (во время теракта в ноябре 2015 года — ред.) вовремя приехали муниципальные спецслужбы, но они не могли применить оружие. Только после всех этих терактов власти осознали острую необходимость серьезно реформировать работу спецслужб и их координацию», — заявила эксперт.

В связи с выявленной проблемой прозвучало несколько предложений. Решением может стать создание антитеррористического центра по типу того, который координирует работу всех силовых подразделений в США. Кроме того, предлагалось создать единую медицинскую службу, потому что работы обычной городской скорой недостаточно, если происходят теракты.

Взаимные обвинения

Теракт в Ницце усугубил конфликт полиции и властей. Руководитель полицейского Центра наблюдения, которая в момент теракта находилась на своем посту и видела, как развивались события на Английской набережной, обвинила лично министра внутренних дел Бернара Казнева в косвенной причастности к тому, что спецслужбы плохо сработали.

Она рассказала, что грузовик беспрепятственно преодолел установленные на набережной преграды. Более того, в месте проведения празднования были рассеяны сотрудники муниципальной полиции, которые не имеют права на тяжелое оружие.

«Полицейские не могли остановить многотонный грузовик, у них не было оружия, способного это сделать. Террориста остановили только в тот момент, когда машина достигла того места, где находилась национальная полиция, сотрудники которой вооружены длинноствольным оружием, — объяснила Узунова. Министр, в свою очередь, отвергает эти обвинения и подает встречный иск.

Политолог отметила, что в настоящее время во французском обществе происходит серьезный общественный раскол. Премьер-министр Франции Мануэль Вальс обвиняет своих политических соперников, которые, по его мнению, в преддверии 2017 года хотят навредить левым. Согласно последним опросам, уже порядка 51% силовиков поддерживают Национальный фронт. То есть республиканцам не доверяют те люди, которые отвечают за защиту республики, ее ценностей и граждан.