Директор департамента информации и печати МИД КНР Гуй Цунъюй сообщил журналистам, что стороны обсудят дальнейшее продвижение китайско-российских отношений. Главной целью саммита «двадцатки» Цунъюй называет содействие глобальному экономическому сотрудничеству. Одним из механизмов, способных вывести экономику из кризиса, эксперты называют инициативу российского президента о создании на базе ШОС, ЕАЭС и АСЕАН пространства евразийского экономического союза и впоследствии зоны свободной торговли.

Как стоит воспринимать подобный проект, какой у него потенциал, и способен ли он действительно благотворно влиять на мировую экономику, нам рассказал начальник сектора международных экономических организаций Центра экономических исследований РИСИ Вячеслав Холодков:

«Во-первых, нужно рассматривать возможность обсуждения создания всеобъемлющей зоны свободной торговли с участием ЕАЭС, ШОС и АСЕАН, прежде всего с точки зрения той инициативы, о которой российские и китайские руководители договорились в мае 2015 года. Имеется  виду сопряжение строительства Евразийского экономического союза и экономического пояса Шелкового пути. Эту идею наш президент неоднократно высказывал в различных вариациях.

На ПМЭФ он предложил создать большое евразийское партнерство с участием Китая, Индии, Пакистана и Ирана. С партнерами по СНГ эта тема также обсуждалась на встрече в Астане. Идея создания Большого Евразийского партнерства обсуждалась и на саммите Россия-Асеан, лидеры юго-восточной Азии тогда ее поддержали. Была создана даже рабочая группа в МИДе России и Китая, которая уже собирается и консультируется по этому вопросу. Прорабатываются договоры о сотрудничестве.

Курс на сотрудничество

Идеи, которые высказали лидеры  в начале 2015 года, начинает воплощаться с точки зрения договоров и нормативно-правовых документов. Я бы рассматривал идею о создании большого экономического партнерства не с точки зрения сиюминутной экономической  выгоды для наших экспортеров или увеличения иностранных инвестиций в Россию, а с точки зрения долгосрочных геополитических и геоэкономических интересов России.

В первую это ответ Москвы и Пекина на создание Транстихоокеанского  партнерства, нового экономического блока, который совершенно явно создан против Китая и стран БРИКС, включая Россию. Антикитайская направленность нового блока даже не скрывается руководством США.  Плюс американцы ведут переговоры о создании аналогичного замкнутого экономического блока на европейском континенте между США и Европой – Трансатлантического торгово-инвестиционного партнерства.

Создание большого партнерства на евразийском пространстве можно рассматривать как элемент стратегии поворота на восток, которую Россия стала проводить после украинского кризиса и введения против нас западными странами экономических санкций. По существу это наш ответ на западные санкции. Кроме того, выдвижение инициативы очень важно в рамках сотрудничества с Китаем на евразийском экономическом пространстве. Обе страны совершенно четко проводят курс на укрепление сотрудничества, чтобы заменить им элементы соперничества».

Андрей Петров