После теракта в Ницце некоторые муниципальные французские власти ввели запрет на ношение буркини. Премьер-министр Мануэль Вальс поддержал инициативу. Что лежит в основе запрета: исламофобия, угроза потери национальной идентичности, страх перед шахидками? Как бы там ни было, это борьба с формой, а с содержанием французы просто не знают, что делать.

Полемикой во французской блогосфере завершилось выписывание штрафа женщине на пляже в Тулузе за ношение буркини — мусульманского купальника. «Люди смотрели, как ей приказывали снять одежду», — писали возмущенные блогеры. Но, как выясняется, мусульманке не приказывали ничего снимать, полицейские ее просто попросили сделать выбор: уйти с пляжа или привести себя в соответствующий вид. Дама предпочла второй вариант.

Франция перестает быть христианской страной

Есть множество свидетельств того, что нынешняя Франция меняет свой привычный европейский облик. Так, в аббатстве Сен-Дени два раза в неделю (в четверг и субботу) запрещено говорить по-французски, говорится в репортаже Ольги Скабеевой («Вести»). Можно только на арабском. Во многих частных школах для мусульман в расписании первым уроком стоит изучение Корана.

Французы обеспокоены исламизацией страны и ростом исламского экстремизма. «На самом деле, это просто страх, — сказала Pravda.Ru Надежда Узунова, научный сотрудник Центра евроатлантических и оборонных исследований РИСИ. — Страх после всех этих терактов, страх перед людьми, которые уже даже выглядят по-другому. То есть здесь потенциально в каждом человеке, который выглядит иначе, на мусульманский манер, видится уже какая-то угроза».

Жить по шариату — неотъемлемое право женщины?

Но есть и другая точка зрения. Так, представитель «зеленых» Эстер Бенбасса (Esther Benbassa) видит в инициативе местных властей акт «религиозного преследования». Она также считает, что «чем больше мы будем запрещать и клеймить эти наряды, тем больше это будет превращаться в символ идентичности». Однако отметим, что мусульманские платки, чадра, буркини, вуали и так далее автоматически не предписываются Кораном, они варьируются в зависимости от климата и обычаев. А так же добавим, что Франция — христианская страна, и мусульмане там — изначально пришлые люди.

Тем не менее, «Группа против исламофобии во Франции» обжаловала запрет на ношение буркини. Правозащитники выразили убеждение, что он нарушает права женщин, и напомнили, что треть погибших в результате теракта в Ницце — мусульмане. Но суд не поддержал иск, указав, что «в нынешних обстоятельствах» ношение буркини может быть воспринято не просто как «религиозный знак». Да и как религиозному знаку ему не рады — в судебном постановлении напоминается, что во Французской Республике действует приоритет светских правил поведения в общественных местах над религиозными обычаями.

Страшна не форма, страшно содержание

По сути, борьба с буркини — это борьба с формой, но страшна не форма, страшно содержание. Исламский экстремизм крепнет во Франции, и что с этим делать, власти не знают.

Для начала почему бы не навести порядок в мечетях? Многие мечети во Франции финансируются радикальными исламскими группировками. Например, активна «Салафитская группа призыва и борьбы» (GSPC) и базирующаяся в Марокко «Боевая исламистская группировка Марокко» (GICM). Более того, французская разведка полагает, что GSPC все больше принимает цели мирового джихадизма и стремится позиционировать себя как дополнение «Аль-Каиды» (запрещена в РФ).

Почему бы не навести порядок в тюрьмах, в которых 70 процентов заключенных составляют именно мусульмане, и там они становятся радикалами. Не менее страшно и вне тюрьмы. Раньше ислам принимали, чтобы жениться или выйти замуж. Теперь молодежь видит в этом средство социальной интеграции, особенно в мусульманских районах. Возник и термин: «обратная интеграция».

«Есть, конечно, опасность культурного порабощения, — комментирует Надежда Узунова. — Французы как бы агрессивно заявляют о своих убеждениях». Эксперт отмечает, что присутствует и момент раздражения показной религиозностью, определенным вызовом со стороны мусульман: «Кстати, не факт, что там, живя в своих странах, эти женщины так закрывались. Это явление последнего времени, когда стал развиваться политический ислам. Если в 1960-70 годах они ехали и хотели интегрироваться, то есть это было хорошим тоном — приобщиться к европейским ценностям, то сегодня для них это правило дурного тона».