Российский Институт Стратегических Исследований

Президент
08.11.2016 Мы в СМИ
Дмитрий Сергеевич Попов
старший научный сотрудник
кандидат юридических наук
ASIA-Plus

Таджикистан перестал быть самым слабым звеном

Кооперация между ИГИЛ и последователями экстремистских структур, а также заметное увеличение присягнувших «Исламскому государству» боевиков в соседнем Афганистане вызывает серьезную озабоченность властей Таджикистана. В связи с этим возникает резонный вопрос: готовы ли в РТ противодействовать этой силе? По мнению эксперта Российского института стратегических исследований, Дмитрия Попова, основную внешнюю помощь республике в этом вопросе оказывает Россия. 

ИГИЛ, Салафия, Хизб-ут-тахрир

«Высшее политическое руководство Республики Таджикистан воспринимает терроризм и экстремизм в качестве «первостепенной угрозы» безопасности государства. В своих заявлениях президент РТ Эмомали Рахмон характеризует терроризм «как ужасное и омерзительное явление», «которое часто проявляется под религиозными и мазхабскими «лозунгами», но «не имеет отношения к священной религии ислам». По его мнению, это «чума века, представляющая для человечества опасность не менее, чем ядерное оружие», – пишет в своей научной работе – «Таджикистан перед лицом угрозы международного терроризма» – руководитель Центра исследований проблем стран ближнего зарубежья Дмитрий Попов. – Есть все основания полагать, что число таджикских граждан, примкнувших в 2013–2015 гг. со своими семьями к террористической организации ИГИЛ (ДАИШ, «исламское государство», ИГ), существенно выше официальных оценок.

Согласно данным, озвученным в марте 2016 г. Генеральной прокуратурой РТ, в Сирии и Ираке на стороне указанной группировки воюют около 1,1 тыс. граждан Таджикистана. В то же время в январе 2015 г. глава таджикских джихадистов в провинции Табка Ар-Ракка в Сирии Нусрат Назаров, известный как Абу Холид Кулоби, заявлял в видеообращении, что количество таджиков в ИГИЛ превышает 2 тысячи.

Среди боевиков преобладают уроженцы южной и самой многочисленной Хатлонской области Таджикистана. 85% из них – бывшие трудовые мигранты, ранее работавшие в России. Как сообщают таджикские силовики, большинство таджикистанцев, выехавших на Ближний  Восток, вначале были вовлечены в течение Салафия. Оно появилось в республике в середине 2000-х гг. В роли его эмиссаров выступили выпускники религиозных учебных заведений Саудовской Аравии, Йемена и Пакистана, получавшие финансовую поддержку от различных общественных организаций арабских стран. Среди них немало образованных молодых людей из обеспеченных семей. Самооценка численности движения в Таджикистане в 2008 г. – около 20 тысяч человек.

В 2009 году деятельность Салафии была запрещена в республике. Однако особенно энергично противодействовать ей компетентные ведомства страны стали после того, как обнаружилась связь салафитов с ДАИШ. Наряду с Салафией в указанный период в Таджикистане был отмечен рост числа адептов ещё одной интернациональной исламистской платформы – Хизб-ут-Тахрир. Она активна в Согдийской области. Структура ведёт агитацию также в местах лишения свободы.

В список экстремистских в РТ она внесена в начале 2000-х годов. Тогда же в Таджикистане прошла первая волна арестов членов организации, в ходе которой за решётку попали около 200 человек. Вторая волна пришлась на 2010–2011 гг., когда следствие задержало руководителя таджикской ячейки Хизб-ут-Тахрир Шарифджона Якубова. Среди прочего ему инкриминировалось распространение листовок с призывами к свержению конституционного строя и созданию «халифата». Было установлено, что Якубов поддерживал по интернету связь с «главным амиром» движения в Великобритании.

Озабоченность Душанбе вызывает не только кооперация между ИГИЛ и последователями экстремистских структур, но также и заметное увеличение присягнувших «Исламскому государству» боевиков в соседнем Афганистане. В апреле 2016 года спецпредставитель президента РФ по Афганистану Замир Кабулов оценил численность «афганского крыла» ИГИЛ в 12 тысяч человек, подчеркнув, что в лагерях ДАИШ на территории ИРА готовят, прежде всего, выходцев из Центральной Азии и РФ для войны против государств региона.

В связи с этим возникает резонный вопрос: готов ли Таджикистан сегодня противодействовать этой силе?

Меры противодействия

Несмотря на всю сложность текущей обстановки, спецслужбам Таджикистана в последние годы удаётся избегать резонансных террористических актов на своей территории.

Оперативные мероприятия по борьбе с экстремистскими организациями сопровождаются попытками государства упорядочить религиозную жизнь в стране, где уровень распространения ислама, возможно, один из наиболее высоких во всей Центральной Азии.

В Таджикистане внедрён государственный механизм регулирования религиозных отношений.

Таджикистан традиционно участвует во всех региональных форматах межгосударственного сотрудничества в сфере противодействия терроризму – в Региональной антитеррористической структуре ШОС, в соответствующих комитетах ОДКБ и СНГ. При этом основную внешнюю помощь

республике по военно-технической линии оказывает Российская Федерация.

В целом сегодня именно 201-я база остаётся главным фактором сдерживания для тех реакционных сил, которые осели в Афганистане и при иных обстоятельствах были бы готовы испытать на прочность власть президента Эмомали Рахмона.

Одновременно в 2015 году Россия приступила к реализации масштабной программы переоснащения самой таджикской армии. Её стоимость, ориентировочно, может составить беспрецедентные для республики 70 миллиардов рублей. Вооружение передается в основном из числа выбывающих из состава российской армии. Их номенклатура весьма обширна и включает артиллерию, реактивные системы залпового огня, бронетранспортёры, зенитно-ракетные установки, стрелковое оружие, боеприпасы, средства связи и т. д.

В целях освоения поступающей техники разработан план подготовки специалистов для таджикской армии на полигонах 201-й военной базы до 2022 г. В соответствии с ним, в 2015 году обучение прошли около 1 тысячи командиров, наводчиков-операторов и механиков-водителей танков Т-72, боевых машин пехоты БМП-2, реактивных систем «Град», самоходных гаубиц «Акация».

На 2016 год сделан выпуск 1 тысячи младших специалистов для ВС Таджикистана. Ещё 562 таджикских военнослужащих на безвозмездной основе обучаются в вузах Минобороны РФ.

Пока уязвимым местом в системе коллективной безопасности на таджикском направлении остаётся линия государственной границы. Консультационной помощи со стороны группы советников ФСБ РФ, которая работает в стране после вывода отсюда российских пограничников в 2005 г., равно как и дотаций западных доноров оказалось явно недостаточно. На многих участках границы вышли из строя инженерно-сигнализационные средства, созданные ещё в советское время. Снабжение удалённых горных застав в значительной степени зависит от услуг российской транспортной авиации. В этих условиях на сессии ОДКБ в Сочи в сентябре 2013 года было принято знаковое решение о выработке долгосрочной программы восстановления пограничной инфраструктуры Таджикистана.

Оно предусматривает соответствующую финансовую и техническую помощь членов организации, но не предполагает возвращение личного состава российских пограничников.

В заключение важно подчеркнуть, что действия России направлены не только на укрепление военного потенциала своего союзника, но и на обеспечение собственной безопасности. Речь идёт о формировании эшелона обороны, вынесенного за пределы российских границ и призванного

встречать врага на дальних подступах. Совместно с таджикскими партнёрами Москва создаёт заслон от прорыва вооружённых группировок, распространения враждебной идеологии, трафика наркотиков и оружия.

Результатом предпринимаемых усилий уже стала новая реальность. Таджикистан перестал быть самым слабым звеном на южных пределах бывшего Советского Союза. Теперь более  уязвимыми для возможных вторжений крупных банд с территории Афганистана выглядят открытые пустынные пространства Туркмении, которая остаётся вне ОДКБ.

Выбранная стратегическая линия России на модернизацию 201-й РВБ, переоснащение и обучение таджикских ВС, восстановление пограничной инфраструктуры на таджикско-афганской границе выглядит в сложившихся  условиях оптимальной и должна быть продолжена. Как представляется, важно и в дальнейшем избегать роста численности российских подразделений, расквартированных в РТ, при этом повышая их мобильность и возможности по ведению дистанционных боевых действий, в которых основное бремя наземных операций должны будут принять на себя обновлённые армия и погранслужба Таджикистана».

Полную версию научной статьи, можно прочитать здесь 

Поделиться ссылкой: