9 ноября в Бангкоке завершилась Международная азиатская выставка и конференция по обороне и безопасности Defense&Security-2017. Активное участие в форуме приняла Турция: оборонные компании страны представили свою продукцию на 18 стендах. Впервые была продемонстрирована новая версия дистанционно управляемого модуля SARP — боевой шестиствольный модуль SARP M134.

В последние годы Турция стремится к замещению импортных поставок оборонной продукции, а также к выводу собственных разработок на внешние рынки.

По словам турецкого лидера Реджепа Тайипа Эрдогана, государство должно пересмотреть стратегию поддержки оборонных компаний, чтобы уже к 2023 году — столетнему юбилею основания республики — зависимость от внешних поставок вооружений была полностью преодолена.

Если бы на протяжении последних полутора десятилетий Анкара не занималась импортзамещением оборонной продукции, то сегодня турецкие военные не смогли бы вести операции за рубежом, считает президент Турции. Об этом Реджеп Эрдоган заявил в июле 2017 года во время церемонии спуска на воду четвёртого корвета в рамках проекта MILGEM («Национальный корабль») в Стамбуле.

Сегодня эксперты отмечают несколько основных направлений ВПК, где Турции удалось добиться успехов, создав собственное вооружение. Судостроительный проект MILGEM — одно из них.

Корабельная колыбель

Проект MILGEM стартовал в 1996 году, когда власти Турции приняли решение снизить зависимость турецких ВМФ от иностранных поставщиков техники. Правда, на первоначальном этапе речь всё-таки шла о строительстве судов в кооперации с зарубежными компаниями, пусть и на турецких верфях. На завершение подготовительных этапов потребовалось несколько лет, финальные работы по созданию турецкого корвета начались только в 2004 году.

В 2008 году на воду был спущен первый корабль из этой серии — F 511 Heybeliada, названный в честь острова в Мраморном море. В день спуска был заложен следующий корвет, получивший название F 512 Büyükada.

В ХХ столетии Турецкая Республика на протяжении длительного периода закупала военные корабли за рубежом. В рамках кампании по импортозамещению турецкие судостроители успели за последние годы освоить выпуск корветов — кораблей, предназначенных для прибрежного патрулирования и охраны территориальных вод. Корветы, построенные в рамках проекта MILGEM, способны атаковать надводные и подводные цели, а также несут средства противовоздушной обороны. Кроме MILGEM, существует также проект TF2000, начатый в середине 1990-х годов. Однако в этом случае речь идёт о привлечении иностранных компаний к строительству фрегатов для турецкого флота.

По словам представителей Секретариата военной промышленности (SSM) Турции, TF2000 станет последним проектом в военном судостроении, реализация которого завязана на иностранном участии.

Гражданское судостроение развито в Турции на высоком уровне: в стране работает около 114 судостроительных верфей, большая часть которых сконцентрирована в районе Стамбула.

Ежегодно с турецких стапелей сходят десятки судов и катеров, часть из которых идёт на экспорт. Например, по итогам 2014 года Турция поставила за рубеж судов на сумму $1,3 млрд, заняв шестое место среди мировых экспортёров.

Турецкий стрелок

Также Турция является одним из лидеров по экспорту гражданского стрелкового оружия — сегодня в стране действует примерно 200 оружейных компаний. По отзывам экспертов, турецкие ружья отличаются относительно низкой ценой и порой невысоким качеством. При этом многие производители создают свою продукцию на базе заимствований. По сути, эта тактика очень напоминает китайский путь развития.

Есть определённые подвижки и в области создания армейского стрелкового оружия. В 2014 году стартовали испытания штурмовых винтовок MPT-76 (Milli Piyade Tufegi — национальная пехотная винтовка), созданных турецкой компанией MKEK. Разработанной в соответствии с натовскими стандартами винтовкой планируется вооружить турецкую армию. Это первый образец автоматического оружия, созданный от начала и до конца турецкими конструкторами. До этого турецкие военные пользовались вооружением, изготовленным по иностранной лицензии.

В январе 2017 года стало известно о первой поставке винтовок MPT-76 вооружённым силам Турции в количестве 500 штук. Вес MPT-76 — 4,2 кг, эффективная дальность ведения огня — 600 м при скорострельности 700 выстрелов в минуту.

Броня крепка

Реализация одного из наиболее амбициозных проектов Анкары по созданию новейшего турецкого танка Altay застопорилась на фоне политических разногласий с ЕС. Изначально речь шла о кооперации с иностранными производителями, но вследствие введённых против Турции ограничений вклад местных компаний в проект может возрасти.

Ранее турецкая компания Otokar заключила контракт с южнокорейской Hyundai Rotem о совместной работе над основным боевым танком для турецких ВС. Также к разработке подключились германская KMW и австрийская Austria’s AVL List GmbH. Последняя должна была разработать двигатель и передать эти технологии турецкой стороне. Однако в конце 2016 года отношения Анкары и Вены заметно ухудшились, что привело к срыву контракта.

В начале ноября 2017 года Секретариат оборонной промышленности Турции (SSM) объявил тендер на разработку силовой установки для Altay среди турецких производителей, стоимость контракта составит около $1 млрд.

Тем не менее определённых успехов в создании собственной бронетехники турецкая оборонная промышленность уже достигла. В частности, эксперты отмечают бронетранспортёр Ejder Yalcin 4×4, выпускаемый компанией Nurol Makina, а также колёсный тактический БТР ARMA, производимый компанией Otokar.

Турции также удалось заметно нарастить экспорт продукции ВПК: если в 2011 году республика поставила за рубеж вооружений на $883 млн, то по итогам 2016 года этот показатель составил уже $1,68 млрд.

По мнению экспертов, часть продукции, позиционируемой как турецкая, является в действительности результатом переработки зарубежных образцов или же кооперации с иностранными производителями.

Турецкие оборонные предприятия охотно используют зарубежный опыт, чтобы впоследствии создавать собственные образцы вооружений.

По словам коммерческого директора журнала «Арсенал Отечества» Алексея Леонкова, изначально в Турции планировалось увязать создание сухопутной техники с гражданским автомобилестроением, чтобы делать грузовики двойного назначения.

«Самый известный производитель армейской бронетехники в Турции — компания Otokar, — отметил эксперт в разговоре с RT. — Она активно взаимодействовала с рядом зарубежных компаний. Техника, произведённая ею, пользуется популярностью в Юго-Восточной Азии. А партия БТР ARMA была поставлена, к примеру, в Бахрейн. Также в этом году ОАЭ заключили контракт на поставку 400 турецких БТР Rabdan — это модифицированная версия БТР ARMA. Можно сказать, что по БТР и БМП наблюдается достаточно динамичное развитие».

Беспилотное небо

Серьёзным достижением турецкой оборонной промышленности является создание собственных ударных беспилотников. В конце 2015 года такие дроны впервые поступили в распоряжение ВС Турции — до этого момента подобным вооружением располагали только США, КНР, Пакистан, Иран и Израиль.

Первый способный наносить бомбовые удары турецкий беспилотник Bayraktar TB2 представлял собой доработанный разведывательный дрон с грузоподъёмностью 55 кг. Дальность его полёта составила всего 150 км, максимальная скорость — 220 км/ч.

Для сравнения, американский БПЛА MQ-9 Reaper способен нести груз свыше полутора тонн, в том числе ракеты и бомбы массой около 700 кг, развивая скорость до 480 км/ч, при дальности полёта в 1800 км.

В мае 2017 года года турецкими военными был испытан новый беспилотный аппарат — Anka-S, сконструированный компанией Turkish Aerospace Industries (TAI). До конца 2018 года оборонный концерн должен поставить армии 10 таких дронов.

Беспилотник может нести груз весом в 200 кг, дальность его полёта — 200 км. Это первые результаты принятого в 2004 году решения о создании собственных ударных БПЛА, которое появилось после отказа США поставить Турции ударные дроны Reaper и Predator.

Для реализации этой стратегии турецкая сторона намерена воспользоваться техническими ресурсами украинского концерна «Антонов». В частности, Turkish Aerospace Industries (TAI) уже договорилась с украинским предприятием о совместном производстве БПЛА. Речь, скорее всего, идёт о передаче авиационных технологий турецкой стороне — «Антонов» переживает сегодня непростые времена.

Турецкое руководство вынашивает амбициозный план по созданию собственного истребителя пятого поколения. Об этом в июне 2017 года заявил Фикри Ышык, возглавлявший в то время Минобороны Турции.

«Мы разработаем отечественный истребитель и сделаем всё возможное для того, чтобы и его двигатель был турецкого производства. Это будет непросто, но если работать в команде, то нет ничего невозможного», — цитирует Ышыка агентство Anadolu.

Перспективы создания турецкого современного истребителя пока туманны, зато ракетостроение развивается в Турции весьма активно. Например, в 2016 году турецкое оборонное ведомство провело успешные испытания системы ПВО средней дальности HISAR-O, авторство которой принадлежит двум турецким компаниям — Aselsan и Roketsan. Ранее они создали систему ПВО малой дальности HISAR-A. Кроме того, с 2009 года Roketsan занимается разработкой ракет большой дальности, а также установок для их запуска. По информации профильных СМИ, дальность ракеты может составить 1000 км, что позволяет причислить её к наступательным видам вооружений.

Отсутствие школы

Как пояснил RT Алексей Леонков, на протяжении длительного периода Турция ввозила оружейные технологии, а также готовую продукцию, выступая в роли потребителя.

«Затем в Турции начала развиваться отвёрточная сборка, и только относительно недавно страна стала создавать собственные вооружения. В принципе, это достаточно распространённый путь развития, многие страны начинали с этого», — отметил эксперт.

По мнению руководителя сектора проблем региональной безопасности Центра военно-политических исследований РИСИ Сергея Ермакова, тот факт, что Анкара нуждается в независимой оборонной индустрии для решения политических задач, подтолкнёт развитие турецкого ВПК.

«Тем не менее Анкара старается пока опереться на военно-техническое сотрудничество. Типичным примером является тот интерес, который турецкая сторона проявила к идее совместного производства С-400, — подчеркнул эксперт в интервью RT. — Такой же тактики Турция придерживается и по отношению к другим своим партнёрам».

По мнению Леонкова, сегодня турецкой оборонной отрасли пока не хватает научно-технического задела и школы кадров, которые могли бы создавать уникальные технологии. Пока в большинстве случаев речь идёт об адаптации чужих наработок под собственные потребности.

«Чтобы получить собственные технологии, нужен временной промежуток примерно в 50 лет. В принципе, сейчас по ряду направлений турецкий ВПК достиг требуемого уровня, турки близки в выходу на собственные технологические платформы», — подвёл итог Леонков.