Рубль является самой недооцененной валютой мира, такой вывод делает журнал The Economist в своем очередном расчете так называемого индекса бигмака. Это индекс определяется на основании теории о паритете покупательной способности, предполагающей, что обменные курсы валют в долгосрочной перспективе должны выравниваться в соответствии с ценами на идентичные продуктовые корзины в разных странах.

Разница в стоимости бигмака будет демонстрировать недооцененность той или иной валюты. Сейчас рубль, по мнению The Economist, недооценен на 70,4% по сравнению с долларом. В России бигмак стоит 110,17 рубля (или 1,65 доллара) в США — $5,58 (373 рубля).

Разница актуальной стоимости гамбургера в двух странах составляет 70,4%, тогда как предполагаемая разница валютных курсов равна 19,74%. Год назад, в январе прошлого года, рубль недооценивался на 57%.

При этом The Economist, что практически все мировые валюты остаются недооценены по сравнению с долларом, кроме швейцарского франка, норвежской и шведской кроны.

Выигрываем на экспорте, проигрываем в импорте

“Почему в качестве ориентира взят бигмак? Это блюдо во всем мире готовится по стандартной технологии. Так что паритет покупательной силы по бигмаку считать вполне можно, учитывая, однако, определенные отклонения”, – говорит Михаил Беляев.

Что до оценки рубля по этому индексу, мы должны понимать, что наша национальная валюта действительно занижена по отношению к этому показателю покупательной силы. Что влияет на отклонения рубля в сторону понижения? В значительной степени действия монетарных властей, прежде всего, Центробанка. Почему это происходит?

“Логика ЦБ такова – наши основные ориентированные на экспорт отрасли наполняют и бюджет, и сводят внешнеторговый баланс, и дают золотовалютные резервы. Значит, мы должны в своей политике ориентироваться в большей степени на экспортеров. Но то, что мы выигрываем на экспорте, мы проигрываем в импорте. В итоге ослабленный курс рубля сдерживает, например, поставку высокотехнологичного оборудования, который может стать базой для развития”, – пояснил Михаил Беляев.

Позитивные темпы роста

Следует ли индекс бигмака принимать за абсолютную истину? Конечно, нет, это только ориентир. Однако отклонение на 70% – весьма значительное, и иметь его ввиду при формировании денежно-кредитной политики наверняка стоит, учитывая те последствия, о которых говорилось выше.

В мировой экономической системе Россия может укрепиться, даже несмотря на санкционный режим, который сам по себе подтверждает наш потенциал, отмечает эксперт.

“Санкции – всерьез и надолго, так как в качестве конкурента мы никому не нужны. Мы показываем позитивные темпы роста, а значит, потенциал у нас есть и немалый. Соответственно, нам нужно меньше обращать внимания на санкции и больше заниматься своей, внутренней экономикой”, – сказал Михаил Беляев, добавив, что такой подход является лучшим ответом на любое санкционное давление, а успехи в этом деле помогут укреплению и национальной валюты.

Ранее эксперт указывал, что устойчивость национальной валюты зависит от успехов и устойчивости экономики в макросфере.

“Это единственный инструмент, который обеспечивает стабильность и благополучие валюты. Сюда входят и эффективность производства, и темпы роста, и внешнеторговые показатели, все они между собой связаны. Все остальные методы вытекают из базовых принципов, и то же самое таргетирование инфляции – и вовсе туманная вещь, которая годится только для лозунга”, – говорил Беляев ФБА “Экономика сегодня”, оптимистично оценивая положение рубля и экономики страны.

“Внешнеторговые факторы у нас в порядке, нет монетарной инфляции, что тоже большой плюс. И если вспомним, Эльвира Набиуллина недавно, давая пояснения по денежно-кредитной политике, сказала, что у нас темп рост экономики находится в пределах своего потенциала. Если наша экономика дает у нас под два процента в условиях зажима ее роста, можете себе представить, какой у нее потенциал на самом деле!”, – сказал эксперт

Автор: Игорь Скрыпач