«В высшей степени наглостью» назвал глава японского МИДа Таро Коно новое требование южнокорейского посла выплатить компенсации бывшим корейским рабочим японских предприятий, трудившимся в годы японской оккупации. Власти Японии также обвинили Сеул в «подрыве международного правопорядка», а введенные ранее в отношении Южной Кореи санкции снимать отказались. Они, по словам представителей Токио, были наложены на страну за то, что та якобы поставляет в КНДР товары, которые могут быть использованы для создания ядерного оружия.

Министр иностранных дел Японии Таро Коно вызвал в пятницу посла Южной Кореи Нам Гван Пхо для вручения ему ноты протеста в связи с отказом Сеула вынести на рассмотрение международного арбитражного суда дело о компенсациях корейцам, чей рабский труд японские компании использовали в годы оккупации Корейского полуострова в 1910–1945 годах.

В ходе встречи Таро Коно заявил, что позиция Южной Кореи «подрывает основы» международного правопорядка, сложившегося после Второй мировой войны. В свою очередь, южнокорейский посол пообещал передать эту позицию в Сеул и попробовал повторить предложение о выплате компенсаций, ранее уже отвергнутое Японией. «Предложение корейской стороны совершенно неприемлемо и нарушает международное право. Ранее мы уже передали это южнокорейской стороне. И сейчас делать вид, что вы об этом не знаете,— в высшей степени наглость»,— ответил глава японского МИДа.

Сегодня же в Министерстве промышленности и торговли Японии отметили, что не намерены обсуждать с Южной Кореей возможность снятия ограничений на экспорт в эту страну высокотехнологичных материалов. Речь идет о введенном с 4 июля разрешительном режиме продажи в Южную Корею фоторезисторов, фтороводорода и фторированного полиимида, необходимых при производстве мобильных телефонов. Их экспорт не запрещен, но теперь каждый контракт на их поставку требует специального разрешения, выдача которого может занять до 90 дней. Это серьезно усложнит поставку критически важных для корейской промышленности комплектующих из Японии. При этом Токио объявил, что изменения в экспорте этих компонентов связаны с «соображениями безопасности».

Власти Японии считают, что Сеул пренебрегает соблюдением торгового эмбарго с КНДР, из-за чего некоторые поставляемые из Японии в Южную Корею высокотехнологичные материалы могут попадать в КНДР, где использоваться для производства ядерного оружия.

В свою очередь, в Сеуле уверены, что «соображения безопасности» в ограничении японского экспорта — это лишь уловка, чтобы не попасть под запреты Всемирной торговой организации, а на самом деле причина кроется в решениях Верховного суда Южной Кореи, которые обязывают четыре японские компании выплатить от 80 тыс. до 150 тыс. вон (от $67–127 тыс.) в качестве компенсации корейцам, чей рабский труд они использовали в колониальный период. Компании компенсации выплачивать отказываются, так как с решением Верховного суда Южной Кореи не согласилось японское правительство. Оно, в свою очередь, ссылается на то, что вопрос был окончательно разрешен еще в 1965 году при подписании договора о нормализации отношений между странами.

Тогда на выплату компенсаций Япония выделила $800 млн ($6,4 млрд в пересчете на сегодняшний курс). Страна рассчитывала на то, что южнокорейское правительство направит деньги на персональные компенсации пострадавшим и все противоречия будут сняты. Однако этого не произошло, средства правительство направило на развитие экономики и инфраструктуры, а пострадавшие почти ничего не получили. Поэтому они продолжают добиваться компенсаций в судах. Однако Япония считает, что ответчиком должны выступать не японские предприятия, а правительство Южной Кореи.

После того как вопрос не удалось урегулировать мирным путем и компании не выполнили решение суда о выплате компенсаций, в Южной Корее инициировали процедуру конфискации их активов, что вывело конфликт между двумя странами на новый уровень. Для разрешения возникших противоречий Япония предложила передать дело о компенсациях в Международный арбитражный суд, но южнокорейская сторона отказалась.

Вместо этого 18 июля глава Управления национальной безопасности в администрации южнокорейского президента Чон Ый Ён не исключил возможности пересмотреть двусторонний договор об обмене разведданными. «Сейчас (соглашение.— “Ъ”) сохраняется, но в зависимости от ситуации оно может быть пересмотрено»,— приводит его слова южнокорейское агентство Рёнхап.

Кроме того, 24 июля делегация южнокорейских депутатов посетит Вашингтон. В столице США парламентарии пробудут пять дней. За это время они планируют найти в лице Соединенных Штатов союзника против японских санкций. Об этом на брифинге в четверг сказал представитель Национального собрания Южной Кореи Хан Мин Су.

Делегация планирует доказать абсурдность ограничительных мер Токио и заручиться поддержкой американских политиков и экспертов»,— подчеркнул господин Хан.

По его словам, в состав делегации войдут представители оппозиционных и правящей партий, руководители которых в четверг на встрече с президентом Южной Кореи Мун Чжэ Ином объявили о создании общенационального чрезвычайного органа для урегулирования ситуации с Японией. Кроме того, они обратились к японскому правительству с требованием отменить ограничения.

По мнению научного сотрудника Центра Азии и АТР РИСИ Романа Лобова, сейчас Вашингтон находится в достаточно щекотливой ситуации. «С одной стороны, в США неоднократно подчеркивали необходимость урегулирования спорных вопросов между Южной Кореей и Японией и усиления координации на трехсторонней основе. Вместе с тем пока американское руководство не считает нужным вмешиваться в эти события, рассчитывая, похоже, на то, что ситуация разрешится сама собой»,— сообщил “Ъ” эксперт. Хотя, по словам господина Лобова, перспективы урегулирования ситуации крайне туманны, ведь любые попытки Южной Кореи пойти на попятную могут нанести репутационный вред руководству этой страны, что совсем не нужно в преддверии парламентских выборов 2020 года.

«Попытка отозвать претензии с большой вероятностью может быть воспринята как прояпонская деятельность, и это будет хорошим поводом для консерваторов ужесточить критику в адрес правящей Демократической партии. Попытка проявить принципиальность может обернуться еще большим спадом, ведь затрагиваются важные для экономики Республики Корея отрасли, и это также станет козырем для тех, кто критикует социально-экономическую стратегию нынешнего правительства»,— уверен эксперт и добавляет, что сейчас Сеул пребывает в замешательстве.

Что касается возможности пересмотра соглашения о двустороннем обмене разведданными, то, по мнению господина Лобова, такие заявления нужны, чтобы как-то воздействовать на Токио, поскольку попытки урегулировать ситуацию полюбовно пока не увенчались успехом. Между тем отмену соглашения эксперт считает крайней мерой.

А подозрения Японии в том, что экспортируемые в Южную Корею высокотехнологичные материалы могут переправляться в КНДР и использоваться для производства ядерного оружия, эксперт оценивает как сказанные «в пылу дискуссии». «Доказать подобное сложно, да и предположить можно все что угодно, было бы воображение развито. Однако учитывая то, как досконально и принципиально южнокорейцы соблюдают международные санкции в отношении КНДР, вряд ли имел место систематический и целенаправленный экспорт ими материалов в эту страну»,— считает Роман Лобов.

Марина Кузнецова