Пикантность ситуации заключалась в том, что на мероприятия, посвященные этому событию, в Варшаву был приглашен глава МИД ФРГ Хайко Маас. Выступая перед польскими политиками и общественностью в музее Варшавского восстания, он заявил, что ему стыдно за то, что «немцы, действуя от имени Германии, сделали с Польшей». И в очередной раз признал: его страна несет «моральную ответственность» за злодеяния, совершенные нацистами в Польше.

Казалось бы, достаточно смелый шаг официального лица Германии, посетившего не очень для него приятное мероприятие, произнесенные главой МИД слова покаяния за преступления немцев должны были настроить польских коллег по Евросоюзу по крайней мере на взаимопонимание. Однако этого не произошло. И, по всей видимости, потому, что полякам одного покаяния показалось мало, они ждали чего-нибудь более существенного и материального.

Во всяком случае такое ощущение осталось после ответной речи министра иностранных дел Польши Яцека Чапутовича. «Это поляки своими усилиями и трудом восстановили город. И этот факт свидетельствует о проблеме столь серьезной, что мы не можем согласиться с тем, что вопрос о репарациях за Вторую мировую войну закрыт», – подчеркнул он.

Вопрос о выплате Германией репараций за ущерб, понесенный Польшей во время войны, стал активно обсуждаться, когда к власти в стране пришли националисты из партии «Право и справедливость» под руководством Ярослава Качиньского. Старт этой кампании был дан еще два года назад, когда Качиньский впервые, будучи официальным лицом и лидером правящей партии, заявил, что его страна не отказывается от претензий к Берлину и считает вопрос компенсаций открытым. Эту точку зрения поддержал и тогдашний глава польского министерства обороны Антоний Мацеревич, сообщивший, что у Польши есть юридические основания требовать от ФРГ возмещения ущерба. А глава парламентского комитета по вопросам выплаты репараций Аркадиуш Мулярчик назвал и приблизительную сумму, которую Варшава рассчитывает получить, – 1 триллион долларов.

В процесс вмешался и глава государства Анджей Дуда, назвавший тему репараций вопросом «истины и ответственности». «На мой взгляд, тема репарационных выплат не закрыта. В польском парламенте, в сейме, эту тему подняла группа экспертов. Парламентарии обсудят данный вопрос и решат, какие шаги предпринимать дальше», – заявил президент Польши. Справедливости ради отметим, что официальных требований к Берлину польские власти пока не предъявили.

Немецкая сторона все претензии Польши неоднократно отвергала. Позиция Берлина здесь жесткая и однозначная – вопрос закрыт и обсуждаться не будет, поскольку Польша в 1950-е годы получила часть Восточной Пруссии и подписала соглашение, согласно которому Варшава отказывается от каких-либо претензий к Германии. Ссылка польской стороны, что этот документ был подписан с ГДР и под нажимом СССР, немцы считают несостоятельной, так как в начале 1990-х годов Польша подписала подобный документ уже с объединенной Германией.

По мнению немецких и российских политиков и экспертов, раз за разом возвращаясь к теме репараций, Польша надеется получить от ФРГ какие-то средства, но надежды эти вряд ли сбудутся. Ведь в данном вопросе Варшава руководствуется исключительно корыстными интересами. Об этом, в частности, говорит депутат бундестага от правящей Христианско-демократической партии Карл-Георг Велльман. Он напоминает, что Германия ежегодно вносит солидную сумму в бюджет Евросоюза, из которого Польша получает дотации: «Польша имеет из кассы ЕС 14 миллиардов евро в год».

Немецкий политик указывает на то, что Германия является крупнейшим донором Евросоюза, а Польша – крупнейший получатель дотаций. «Германия всегда была на стороне Польши, активно добивалась ее членства не только в НАТО, но и в ЕС. Польша извлекла из этого колоссальную выгоду», – считает Велльман, отмечая также, что нынешние требования Варшавы не вызывают понимания в Европе.

Близкой позиции придерживается и старший научный сотрудник Российского института стратегических исследований Олег Неменский. Он видит одну из причин такой политики Варшавы в специфической идеологии, которой придерживается нынешнее польское руководство: страна не ощущает никакой вины за собой, она все время страдает от захватчиков и несправедливых действий иностранных держав. Есть в исторических претензиях польской стороны, по мнению эксперта, и чисто прагматический расчет. «Польша до 2020 года будет получать очень хорошие деньги от Евросоюза, а потом уже не будет. Соответственно, поводов заигрывать с Германией и Брюсселем все меньше», – поясняет Неменский. По словам эксперта, те суммы, которые были выделены Польше, превышают (в пересчете на современные деньги) средства, выделенные в послевоенные годы по «плану Маршала» всей послевоенной Европе.

В свою очередь кандидат исторических наук и преподаватель кафедры зарубежного регионоведения и внешней политики ИАИ РГГУ Вадим Трухачев считает, что, поднимая вопрос о репарациях, нынешние польские власти также пытаются решить и внутриполитические проблемы. «Партия Ярослава Качиньского, которая сейчас находится у власти в Польше, сделала исторические спекуляции центром своей политики, чтобы отвлечь внимание польских избирателей от текущих проблем. На данный момент исторические вопросы закрыты, но польские политики предпочитают их поднимать», – отмечает эксперт. «В обозримом будущем Польша не откажется от этой идеи, она будет протестовать и постоянно давить на Германию. Тема репараций может уйти в прошлое лишь с приходом к власти в стране оппозиции», – резюмирует политолог.

Александр КАЗАРГИН

Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 146 (6499) от 09.08.2019 под заголовком «Польша снова захотела денег».